Джоанн привалилась к стене. В голове крутились тысячи мыслей одновременно.
…По пути на Драко она находилась под действием наркотиков, бредила и вспоминала Маллика и свое неродившееся дитя, Морио, Бенбо, отрывки битвы за «Сторм Маунтейн»…
А еще — университет… Но она никогда никому не рассказывала про Маллика и про ребенка, от которого отказалась…
И гул, гул…
— А мои воспоминания… Я вспоминала события, отчасти не происходившие…
— Отчасти это правда.
— Черт побери, куда вы только не сунули свой нос!
— Вы слепы, Джоанн Никол. Война продолжается, остается проблема, требующая решения.
Она услышала шаги: Тора Соам подошел к ней, взял за руку.
— Пойдемте со мной. Вашими усилиями апартаменты более непригодны для проживания. Я распоряжусь, чтобы здесь прибрали и заменили обстановку.
Они вышли в коридор и свернули направо.
— Поймите, Джоан Никол, следование данной талме требовало, чтобы вы воспринимали вещи и как человек, и как драк. Возможно, несвоевременное появление Син Видака нарушило эту вашу способность, а возможно, и нет. Если верно последнее, то случайный толчок столь же полезен для ваших мыслей, как и запланированный. Однако все участники этой войны подчиняются заданному своду правил.
— Это ясно и мне.
— Превосходно. Но ясно ли вам, чьими правилами мы связаны — собственными или навязанными извне?
Джоанн покачала головой.
— У меня нет на это ответа. Он на Амадине. Но это понятно и вам.
— Да, мы знали, что ответ следует искать на Амадине. Но мы не знаем, как сформулировать вопрос, чтобы получить этот ответ. Наши делегаты снова пытаются начать переговоры с людьми. Вы полетите с нами на Амадин?
— Сперва ответьте: Венча Эбан в чирн-ковахе…
— Эту роль тоже исполнил Фанда.
Мысленные образы, звуковая память — все встало на свои места. Нашли объяснение и непочтительные реплики, и колебания, предшествовавшие слову «родитель».
«Тора Соам не… сам не свой в эти дни».
— Фанда — замечательный актер.
— Я передам ему вашу похвалу.
Джоанн остановилась перед драком.
— Когда кончится вся эта проверка?
— Не понимаю.
— Вы тоже актер. Все это — еще один розыгрыш. Вот я и спрашиваю: когда конец проверке?
Драк помолчал и ответил совсем другим, гораздо более высоким голосом:
— Думаю, ей уже пришел конец.
15
«Выбор» — не пустое слово, которым я пользуюсь просто так, Арлан: в нем заложена сущность нашей расы. Жить — значит иметь возможность ставить цели: конкретная жизнь невозможна без выбора. А любой выбор означает постановку цели… Без цели ты просто занимаешь место в пространстве — не только в этой комнате, в этом ковахе, но и вообще во Вселенной.
Либо найди цель, либо уступи место другому, имеющему цель».
Джоанн сидела на заднем сиденье. По словам Баадека, управлявшего машиной, он вез ее в талман-ковах.
«То есть я принимаю это за заднее сиденье машины; я принимаю это за езду; я принимаю это существо за Баадека…»
— Водитель, ты кто?
— Вы меня не узнаете, Джоанн Никол? Я — Баадек.
— Нет, кто ты по-настоящему?
Драк прищелкнул языком.
— Меня зовут Хида Му.
— Тоже актер?
— Из одной труппы с Фандой.
Джоанн потерла глаза; от движения машины ее укачивало…
«Я только принимаю это за машину, а движение — за езду…»
Ей на память пришло изречение Шизумаата: «Лучше вот во что поверь: все подвергать сомнению, ничего не принимать за абсолютную истину, никакой путь не считать безусловно верным».
Она нащупала ручку открывания дверцы и надавила на нее. Дверца распахнулась, и она попыталась выбраться наружу…
С места водителя раздалось проклятие, взвизгнули тормоза. Инерцией непредвиденного виража Джоанн потащило в распахнутую дверь. Машина остановилась, сильная рука задержала Джоанн на сиденьи. Потом водитель отпустил ее, и она, потеряв опору, вывалилась на дорогу.
— Сумасшедшая!
Вокруг машины испуганно забегали. Драк опустился с ней рядом.