— Вот видите! — Миранда задрала нос. — Что я вам говорила? Если вокруг него вроде как вращаются все эти ваши поля, то почему бы среди них не оказаться и эмоциональному? Вы лишены чувств, но это еще не значит, что их не существует.
— Где мы? — спросил Кервин.
— Неподалеку от поля боя. — Чахлый посмотрел в небо, не загораживаясь ладонью. — К этому времени зиканы должны были спохватиться, что вы пропали — вернее, не вы, а Измир. Они предпримут титанические усилия, чтобы снова его отыскать. — Он усмехнулся. — Если им это удастся, то их ждет большой сюрприз. Такая возможность не исключена. Для примитивной расы зиканы очень сообразительны, а полностью воспрепятствовать улавливанию пульсации Измира извне не в состоянии даже мы.
— Что-то мне все это не очень нравится. — Кипяток переводил взгляд с одного коротышки на другого. — Сначала вы появляетесь, как клоуны на арене, потом переносите нас из энергетической клетки на инопланетном корабле сюда, где все выглядит почти как у нас дома… Никаких волшебных заклинаний, никаких кнопочек, даже международных телефонных переговоров. Как это у вас получается?
— Это не слишком трудно, — ответил ему Чахлый. — Главное — знать, что делаешь. У вас развилась, скажем, форма искусства, именуемая «оригами», — складывание кусочков бумаги разными замысловатыми способами. Мы, галеты, тоже занимаемся таким оригами, только наш материал — пространство, а не бумага. Складываем и складываем, пока точка, где вы находились, не совпадет с точкой, где вам хочется находиться. Вот и вся премудрость.
— Кроме шуток? Здорово!
— В общем-то, да.
Кервин старался тщательно выбирать слова.
— Вы назвали зиканов примитивной расой… — Он наслаждался ветерком, ласкающим лицо. — А у вас есть поблизости такой же корабль, как у них?
— Мы не строим неуклюжие механические средства, — ответил Оденоу. — Отказались от них еще в незапамятные времена. Очень сложно, все время обо что-нибудь спотыкаешься. Больше возни, чем толку.
— Раз вы так могущественны, — подал голос Рейл, — почему вас никогда никто не видел?
— Воспользуйтесь знаниями, которыми обладаете сами, — посоветовал ему Чахлый. — Скажем, до недавних пор никто из вас не видел изотатов, о зиканах вы вообще не имели понятия. Тем не менее галеты давным-давно находятся у вас под самым носом. Просто нас не очень много, мы принимаем самые разные формы и контролируем большие территории. — Он улыбнулся Кервину. — А Вселенная, между прочим, не бесконечна. Просто безумно велика.
— Вы хотите сказать, что путешествуете так же, как Измир?
— Не совсем. Схожим образом, но все-таки иначе. Мы любим наблюдать, ничего не упускать из виду, подобно тому, как изотаты держат под наблюдением эту галактику и ее обитателей. Мы же предпочитаем приглядывать за такими расами, как изотаты и зиканы, чтобы не дать им выскочить из коротких штанишек.
— Прямо как боги! — не удержался Кервин.
— Нет-нет! — Чахлый насупился. — Мы такие же смертные, как вы. Просто мы дольше проучились в школе.
— После столь длительного существования, как наше, остается только один враг, против которого стоит воевать. — Оденоу посмотрел на Кервина. — Он зовется скукой. Но время от времени, скажем, раз в пять — десять миллионов лет, происходит действительно интересное событие, привлекающее наше внимание.
— Как Измир?
Чахлый кивнул и задумался.
— Мы путешествуем инкогнито. Однажды даже заглянули на Землю. Я побыл некоторое время деревом — очень любопытная жизненная форма. Столько времени для спокойного созерцания и размышления! Будь я органической жизненной формой, то предпочел бы стать деревом.
— Нас привел сюда Измир, — продолжил Оденоу. — Он привлек нас, как привлек пруфиллианцев, оомемианов и всех прочих. Нас он заинтересовал тем, что не излучает скуки.
— Что-то я вас не пойму. Вам что же, по несколько миллионов лет?
— Разве это не очевидно? — спросил Чахлый.
— Никогда не дал бы вам больше двух миллионов, — заметил Кипяток.
Чахлый встретил его слова улыбкой.
— Вот это и выделяет людей среди других органических рас в этом участке пространства.
— А я думал, что наша главная особенность — неизлечимая драчливость, — сказал Кервин.
— Увы, последнее далеко не так уникально. Но вы иные. Вы не отказываетесь от своей приверженности абсурду. В этой небольшой, но важной области люди далеко обошли гораздо более продвинутые в сфере технологий народы, вроде оомемианов. Вы инстинктивно натолкнулись на так называемый Великий Всекосмический Идиотизм и, руководствуясь им, сделали первый шаг по тропе Универсальной Истины. Если людям удастся продержаться еще с миллион лет, избежав истребления, то из них, глядишь, что-нибудь и получится.