— Дающий Ключи… как я могу отблагодарить тебя?
Где-то в самой глубине души я ощутил тяжесть.
— В этом нет никакой необходимости. Я не нуждаюсь в твоей благодарности.
— Но если и в самом деле излечится мой народ…
— Никакой платы не требуется. Мне она не нужна.
Я видел, как изменилось выражение его изможденного лица. Планы, надежды, решения.
— Иди, займись собственным здоровьем, а потом решишь судьбу остальных, — сказал я. — Если хочешь, можешь радоваться. Или испытывать благодарность. Можешь меня возненавидеть. Только ничего не присылай взамен.
— Хорошо, Дающий Ключи. Как пожелаешь.
Он проговорил эти слова быстро, словно боялся меня рассердить. Я почему-то не поверил, что он выполнит свое обещание. Потом он покинул меня.
А я еще долго смотрел на то место, где он стоял.
Перевели с английского Владимир ГОЛЬДИЧ, Ирина ОГАНЕСОВАЧарлз Харнесс ФЛАГ НАД КРАТЕРОМ ГОРБАЧЁВА
XIII резолюция Объединенных наций от 2036 года:
В то время как члены Организации много спорили между собой, кто из них должен колонизировать луны Юпитера, в особенности самую крупную, известную под именем Ганимед; и
В то время как некоторые члены Организации были готовы к вооруженной агрессии, дабы завладеть Ганимедом; и
В то время как другие члены Организации даже сейчас собираются послать свои военные корабли для захвата Ганимеда с последующим удержанием его силой; и
В то время как все члены Организации желают, чтобы этот спор был разрешен мирным и честным путем;
Мы заявляем:
1. Та Нация, чей гражданин первым поднимет флаг в районе кратера Горбачева (обозначен в Приложении А), при условии выполнения нижеследующих постановлений станет владельцем Ганимеда.
2. Корабли, несущие флаг, могут покинуть порты Земли и Луны не ранее 12.00 1 ноября 2036 года. Суда, нарушившие данный пункт, будут дисквалифицированы. Корветы Объединенных наций будут вести постоянное наблюдение за гонкой.
По указанию пленарного заседания Организации объединенных наций
(подпись, неразборчиво) (печать) АЗ-ЗАХРАВо вторую субботу ноября 2036 года футбольная команда средней школы Гленвуда проводила на своем стадионе очередной матч, а американский космический корабль «Джон Ф. Кеннеди» все еще находился на лунной базе.
— Барабан! — заорал кто-то с дешевых мест внизу. — Барабан взорвался!
«Нет, — решил Дэниэль Беквит, разглядывая поле в бинокль, — барабан вовсе не взрывался». На самом деле прямо перед ним материализовалась девушка, и мальчик с барабаном врезался в нее. В результате парад, проходивший в перерыве между таймами, остановился на месте, и началась неразбериха.
— Извините, пожалуйста. Головы выше. Разрешите пройти. — Беквит пробрался через ряды не обращающих на него ни малейшего внимания старшеклассников и торопливо зашагал по футбольному полю. Вскоре он уже пробился сквозь толпу оркестрантов и склонился над девушкой.
Она лежала на спине. Большую часть ее тела — в том числе и лицо — закрывало нечто вроде пледа, а может быть, то был коврик. На девушке был длинный муслиновый плащ. Как раз в этот момент она откинула коврик и обвела взглядом людей, окруживших ее. Глаза девушки добрались до Беквита и остановились.
«Почему я?» — удивился он.
Он никогда не считал себя особенно привлекательным. В действительности можно привести немало аргументов в пользу противоположной точки зрения. Ему было уже за тридцать; темные волосы и темные, глубоко посаженные глаза. Нос, сломанный много лет назад в схватке на футбольном поле и неправильно сросшийся, придавал лицу драчливый вид, совершенно не соответствующий личным качествам Беквита.
А что можно было сказать о ней? Беквит с первого взгляда понял, что перед ним красавица. Светлые волосы с красновато-рыжим оттенком уложены в косы вокруг головы. Серо-зеленые глаза, продолжавшие неотрывно смотреть на него. Под тонким темным плащом проступали контуры изящного тела.
Девушка тяжело дышала. С шеи на золотой цепочке свисал солидный кошелек из цветной кожи.
Беквит наморщил нос. Он узнал аромат поля, травы и свежевспаханной земли. Что ж тут особенно странного? Нет, он уловил кое-что еще. Запах электрического оборудования.
«Озон? — предположил он. — Интересно».
Беквит опустился на колени.