Мисс Найтингейл не было в комнате, когда это произошло. Она мгновенно вернулась и попыталась успокоить малыша.
— Что с тобой, херувимчик? — мягко спросила она. Мисс Найтингейл просто обожала слово «херувимчик». — Что случилось? Неужели кто-то испортил твою чудесную картину?
— Я ненавижу всех детей! — рыдал странный ребенок. — Я ненавижу всех мальчиков и девочек! Я ненавижу себя!
— Почему? — спросила мисс Найтингейл. — Откуда у тебя такая ужасная ненависть?
— Потому что мы не люди, — закричал он. — Потому что мы не настоящие люди… Потому что никто из нас не может снять голову!
Мисс Найтингейл больше не пыталась его урезонить. Она даже ничего не сказала. Просто осторожно подхватила его на руки и унесла, а он продолжал кричать и вырываться.
Больше Майкл никогда его не видел.
Позднее мисс Найтингейл сказала, что маленький мальчик заболел, потому что ему снилось слишком много плохих снов. И она просила детей забыть о том, что произошло, поскольку гораздо разумнее помнить хорошее, чем плохое. Именно мысли о плохом и вызывают отвратительные сны и могут накликать беду.
Через несколько дней дети забыли о несчастном случае; а кто не забыл, тот повторял объяснение воспитательницы.
Но Майкл все помнил. И обещал себе, что будет помнить всегда. Потому что он понимал — сам не зная отчего, — плохое забывать нельзя.
Даже сны.
Глава 3
Майкл не знал, сколько ему лет, но о том, что происходило в мире, ему было отлично известно. Он узнавал о происходящем, слушая новости по радио, а иногда из телевизионных передач.
Он знал, что Британия, Америка и Россия воюют с Италией, Германией и Японией. Знал, что главные города этих стран накрыты силовыми полями, которые не в состоянии пробить ни бомбы, ни ракеты. Майкл знал, что в тех частях мира, где таких полей нет, умирают люди и армии сражаются не на жизнь, а на смерть. Майкл очень жалел людей, не защищенных силовыми полями; но отец сказал, что такие экраны трудно создавать, они забирают много энергии и поэтому охраняют лишь самые главные города.
Майкл считал, что ему повезло, ведь он живет в Лондоне, под защитой невидимого силового поля.
Он очень любил свой город — чистый, спокойный, красивый и безопасный. Когда Майкл подрос, ему стали разрешать гулять без родителей — иногда; однако ездить на велосипеде еще не позволяли. Велосипеды предназначались только для взрослых. Но когда Майкл станет немного старше, ему купят собственный велосипед. Так сказал отец.
Быть может, война к тому времени закончится, и нужда в силовом поле отпадет. И тогда правительство разрешит снова использовать машины, автобусы и поезда. Майкл с нетерпением ждал этого времени, но немного его побаивался. Как страшно переходить через дорогу, когда мимо проносятся машины и автобусы! И все же раньше взрослые и даже дети как-то справлялись. Он видел — в фильмах и телевизионных программах.
Майкл помнил свое первое посещение кинотеатра. Это случилось в субботу вечером. Мать нарядилась в красивое, до самого пола, зеленое платье. А отец в темный костюм и шляпу. Майкл принял ванну и надел свой новый матросский костюмчик.
Отец сказал, что это выдающееся событие, потому что они идут на премьеру, которую намерена посетить королева.
Родители заранее начистили до блеска свои велосипеды; и, когда они катили по Букингем Пэлис-роуд, Майкл удобно устроился за спиной у матери, чувствуя, что сегодня в его жизни произойдет что-то очень важное.
На Лестер-сквер, возле «Одеона», Майкл увидел множество велосипедов. Однако люди не забыли оставить место для королевской машины на воздушной подушке. Майкл с родителями стояли в толпе, дожидающейся появления королевы. Вскоре она приехала, и все принялись громко кричать и размахивать флагами, а кто-то даже запел национальный гимн.
Сэр Уинстон Черчилль встретил королеву и познакомил ее с мистером Спенсером Трейси и магистром Фредди Бартоломью. Они проследовали в кинотеатр «Одеон», и все потянулись за ними. Потребовалось довольно много времени, чтобы внутрь вошли приглашенные на премьеру зрители. В фойе оказалось полно родителей с детьми. Многих ребят Майкл не знал, но среди них промелькнул Гораций Нельсон. Его тоже одели в матросский костюмчик; приятель показался Майклу неестественно чистым. Гораций ухмыльнулся и помахал ему рукой, а потом исчез вместе с родителями в толпе.