В метро я успел прочитать лишь первый лист. По дороге домой заскочил в букинистический магазин, где на глаза мне попалась книга со знакомой фамилией. Ее оформление повергло меня в шок. Полуголый здоровенный мужик с вытаращенными глазами сжимал над головой пулемет. Рядом располагалась мелкая зеленая ящероподобная зверушка. А над ними реял какой-то явно космический агрегат. На обложке значилось: Александр Громов. «Властелин пустоты». Вот уж действительно — пустоты. Фантастику я считал пустым и несерьезным жанром, способным привлечь лишь невзыскательных читателей. Отложив в сторону глянцевый томик, я поспешил домой, где наскоро перекусил и вернулся к содержимому синей папки.
Годом истинного рождения российской фантастики следует считать 1995-й. Конечно, к этому моменту были созданы многие книги, ставшие вершинами отечественной фантастической прозы. Но написаны они были людьми, сформировавшимися и как личности, и как писатели в советскую эпоху. Это было время идеологического диктата Госкомиздата, время, в течение которою представление о зарубежных коллегах ограничивалось треугольником Кларк — Саймак — Брэдбери. Во второй же половине 1995 года перед читателем предстала новая генерация писателей, отличающаяся современными, основанными на мировом опыте методами построения текстов в сочетании с лучшими достижениями советской НФ. Одним из лидеров этой своеобразной «новой волны» стал Александр Громов.
Все-таки фантаст, — чертыхнулся я. — Надо было купить эту книгу, но кто же мог предположить?» И тут вспомнилось, что не далее как в двух кварталах живет мой давний приятель Женя, критик и библиограф фантастики, лауреат множества жанровых премий. Давненько обещал к нему заглянуть, но все как-то было недосуг. Позвонил, договорился, зашел. Удивил человека своими расспросами. «Да, конечно, есть такой А.Громов. Лично знаком. Даже как-то писал послесловие. Книги тоже есть. На предмет почитать, — отчего ж. Только аккуратно, поскольку все с автографами». Забрав довольно внушительную стопку книг и оставив обескураженного хозяина в размышлениях, уже через 15 минут я сидел в любимом кресле и предавался чтению.
Дебютировал А.Громов довольно поздно, в 1991 году (ну, да и Илья Муромец сиднем просидел тридцать лет и три года…). В 1994-м «Уральский следопыт» публикует журнальный вариант первого романа автора «Наработка на отказ». А уже в следующем году появляется маленькая, но емкая повесть «Такой же, как вы». Этими произведениями Александр реанимировал традиции социально-психологической фантастики, после смерти А.Н.Стругацкого основательно забытые. Любимой темой писательского анализа становится поведение социума, поставленного автором в нетривиальные условия. Условия эти самые невероятные: затерянная в дальнем космосе планета Прокна, природные ресурсы которой оказались для людей важнее, чем наличие квазиразумной жизни («Наработка на отказ»); попытка создать на отдельно взятой планете идеальное сообщество, заселив его клонами одного человека («Такой же, как вы»)… Но результат оказывается один и тот же — установление диктатуры, самой устойчивой, как известно из истории, социальной структуры.
Более недели я практически не выходил из дому. При моем образе жизни я могу себе это иногда позволить. Прочитав очередной роман, я немного отдыхал, но по прошествии некоторого времени руки сами тянулись к новому тому. С каждым абзацем менялось мое отношение к фантастике в целом и к А.Громову в частности. Для меня стали очевидными как художественная одаренность автора, так и масштабность проводимых в его книгах изысканий. Облекая их результаты в форму увлекательного чтения, писатель тем самым расширял свою аудиторию, заставляя ее задумываться над заложенными в романах проблемами. Исключение, пожалуй, составил лишь роман «Ватерлиния» (1998), представляющий собой продолжение «Наработки на отказ». Действие его происходит на сплошь покрытой водой планете Капля, где идет война за обладание плавучими терминалами. Все очень экзотично: симбиоз индивидуальных капсул со своими пилотами, необычная, зависящая от подводных течений, география планеты, многоцелевые субмарины-гиганты. Вот и все. Экзотика ради экзотики. Написав, видимо, под давлением издателей, чисто развлекательный роман, Александр немного отошел от своей генеральной линии. Но, как оказалось, ненадолго.
А.Громов в своих ранних текстах не дает однозначного ответа на им же самим поставленный вопрос: является ли диктатура одним из условий выживания человечества? И если да, то что это: необходимость или неизбежность? Позже, в романах «Менуэт святого Витта» (1996) и «Властелин пустоты» (1997), он наконец определится.
На потерпевшем катастрофу земном лайнере выживают лишь подростки. У планеты, на которую волею судеб занесло переселенцев, есть некий фактор, приводящий к гибели взрослых и затормаживающий рост детей. В результате возникает уникальное общество — биологически сорокалетних, а физиологически пятнадцатилетних людей. Основу повествования составляет противостояние новоявленного тирана Стефана Лоренца и либерала Питера Пунна (почти У.Голдинг). Питер побеждает, но долгожданная свобода может лишь погубить обособленную цивилизацию. И все возвращается на круги своя. Либо демократия, либо жизнь — такова дилемма «Менуэта святого Витта».
Пасторальный мирок планеты Простор, населенный лишенными всякой агрессии существами, подвергается безжалостной атаке со стороны землян-колонистов. Мрачные монстры, в буквальном смысле мутанты и уроды, пытаются стереть с лица планеты все, что шевелится. Под угрозой неминуемой гибели беспечные поначалу аборигены по-быстрому выращивают в своей среде диктатора, устанавливающего тоталитарный строй, который его же, как положено, и пожирает. Что и требовалось доказать («Властелин пустоты»).
В обоих романах писатель, исследуя природу Власти, со всей откровенностью утверждает: либеральные и демократические идеи — это, конечно, прекрасно, но, если разговор идет о жизни или смерти целого социума, наличие «железной руки» — неизбежность.
Не знаю, почему, но чтение, самой известной книги А.Громова я все время откладывал. Быть может, подспудно боялся, что прочитав популярный роман, разочаруюсь во всех написанных после. Ведь «Мягкая посадка», в свое время получившая премию «Интерпресскон», до сих пор считается лучшим произведением писателя. И вот наконец в моих руках заветный том…
Роман «Мягкая посадка» закончен А.Громовым в 1994-м году и увидел свет в 1995-м в нижегородском издательстве «Параллель». Он написан жестко, порой даже жестоко, по стилю и подаче материала напоминая манеру А. и Б. Стругацких. На этом неизбежное влияние любимых Александром авторов заканчивается раз и навсегда… Этика Учителей и ученика существенно различаются. Стругацкие, жившие в тоталитарную эпоху, проповедуют социальную толерантность. Громов, пишущий в эпоху перемен, считает, что если человечество будет впредь развиваться в рамках нынешней этической парадигмы, ему грозит неминуемая гибель.
Первая четверть XXI века, близкое будущее. На Землю обрушивается новый ледниковый период. Климатические изменения приводят к изменению в генофонде человечества. Появляются так называемые адаптанты, которых homo sapiens со свойственной этому виду беспечностью не принимают всерьез. В соответствии с существующей сегодня моралью «отклонению от нормы» сочувствуют, проявляя массовую терпимость и гуманизм. А между тем адаптанты уже начали «борьбу за выживание своего вида». Любую же борьбу видов за выживание просто бессмысленно рассматривать с моральной точки зрения. Люди, к сожалению, очень поздно это понимают…