Анджела уставилась на мавра сияющими глазами.
— Это из моей книги, — заметила она.
— Совершенно верно. Я не смог найти погрешности в ваших рассуждениях. Затея опасна, но логика безупречна.
Анджела показала на свое рукоделие.
— Весь последний месяц я потихоньку строила как раз такой механизм. Сейчас сшиваю левое крыло. Однако теперь все придется бросить. Подумать только, через год работа могла быть закончена, и тогда бы я наверняка полетела.
— И, возможно, погибли бы.
— Сэр Филип и барон Реймонд находились на грани жизни и смерти, когда вступили в поединок, но тем не менее все обошлось.
— Неужели вы ничуть не благодарны Филипу? — упрекнул Олрен.
— Не больше, чем его усопшая жена.
— О чем вы?
— Сэр Филип верит, что боль изгоняет зло и нечистую силу. Поэтому каждый день велит своему сильному молодому оруженосцу сечь его. Он порол свою жену каждый день, перед тем, как лечь с ней в постель, чтобы очистить от греха похоти и нечестивой страсти перед священным актом продолжения рода. Как-то ночью он так усердно избавлял ее от прегрешений, что перестарался. Она умерла, но церковь превозносила Филипа, как благочестивого, святого человека, и даже не наложила эпитимьи.
Олрен покачал головой.
— Сумей сэр Филип победить, вы, возможно, испытывали бы другие чувства.
— Сумей сэр Филип победить, я оставила бы мостик поднятым. Куда бы я ни повернулась, всюду поджидает смерть.
— А Реймонд?
— Реймонд храбр и умен, но недальновиден и введен в заблуждение. Ухаживая за мной, он пытался покорить мое сердце своими воинскими подвигами, не сознавая, что небольшой научный трактат о природе перьев произвел бы на меня куда более сильное впечатление. Этот человек растрачивает свои силы и способности на турнирах, войнах и… осадах. Олрен, Олрен, завтра я умру, и это единственное, что знаю наверняка. Как только первый каменный шар, пущенный из требушета барона Реймонда, врежется в стену моей башни, я прикажу открыть ворота, опустить подъемный мост и сложить оружие. А сама надену свой капюшон и спрыгну с верхушки Башни Крыльев. Жалкая замена моей будущей летательной машине, но больше у меня ничего нет.
— Но что, если он не выдержит вас, прекрасная госпожа?
— В этом случае… смерть от падения с большой высоты наступит куда быстрее и будет менее болезненной, чем когда тебя сжигают заживо. Но прежде я спалю свои книги, пока до них не добрались епископы.
— Почему, прекрасная госпожа?
— Из чистой зловредности.
— Прекрасная госпожа, как жаль, что я не смогу вам помочь.
Анджела вдруг упала на колени, приподняла его подбородок и поцеловала в губы. Олрен ахнул от неожиданности и отпрянул, уронив почти готовую ременную снасть.
— Прекрасная госпожа, это неприлично! — воскликнул он. — Ваша честь будет запятнана!
Анджела уселась на ковер и уныло повесила голову.
— Почему из всех встреченных мной мужчин только престарелый умирающий монах и благородный язычник-мавр сумели завоевать мое уважение?
Олрен стиснул руки и отчаянно потряс головой.
— Трудно сказать.
— Олрен, завтра я умру. И если захочешь, чтобы я умерла не девственной, можешь прийти сегодня ночью в мою спальню.
— Я… я всем сердцем желаю этого, прекрасная госпожа, но правила рыцарства не позволяют.
Анджела вздохнула, уперлась локтями в колени и уткнулась подбородком в сложенные руки. По щеке скатилась одинокая слеза.
— Но, может, я в самом деле сумею что-то сделать для тебя? Если башня падет, тебя, как мавра, вряд ли пощадят. Еще есть время бежать. Мои люди могут ночью переправить тебя через стены и ров, а крестьяне спрячут, пока все не уляжется.
— Это вам следовало бы скрыться, прекрасная госпожа.
— Нет, в этом случае англичане начнут убивать всех, без разбора, пока я не вернусь, — всхлипнула Анджела, лицо которой теперь уже было залито слезами. — Но о тебе никто ничего не узнает.
— Прекрасная госпожа, могу я взять с собой ваши книги?
— Книги? — переспросила она, вскидывая голову.
— Реймонд и епископы наверняка используют их против вас, а потом сожгут. Я отвезу их в Испанию, чтобы мавританские ученые узнали о вас и внимательно изучили ваши труды.
Оживившись, Анджела вскочила.
— В таком случае, бери их с моего благословения. Я распоряжусь, чтобы тебя вывели за пределы замка.
Барона Реймонда разбудили за час до рассвета. Оруженосцы проводили в его шатер Олрена. Мавр, одетый бродячим торговцем, нес за спиной большой узел.