— Что ж, юный Смит, теперь можно и отправляться, — добавила мисс Смит, когда ларь погрузили в кабину.
— Да-да, пора. Желаю удачи, — поддакнул кузен и исчез.
Светало. К Западным воротам явились стражники. Зевая и потягиваясь, они взялись за спицы огромного барабана, ворота медленно поползли вверх, и на площадь ворвался порыв холодного ветра с равнин. Взвихренная пыль поднялась в розовеющее небо, и трубач, поднявшийся на одну из привратных башен, возвестил о том, что к добру ли, к худу ли очередной торговый день начался. Бернбрайт ответила пронзительным и звонким сигналом, означавшим, что караван отправляется и пассажирам пора занимать места.
Рычажные взобрались на мостики тягловых повозок и принялись взводить мощные ведущие пружины. Пассажиры уже расселись по кабинам (младенец Смитов продолжал вопить), когда носильщики наконец подняли в кузов и закрепили последний груз. Небольшая заминка вышла с паланкином лорда Эрменвира, но вот и его наконец подняли на повозку. Из щели между занавесками паланкина вырывались густые клубы пурпурного дыма, свидетельствовавшие, что юный лорд, хотя и хранит угрюмое молчание, благополучно пережил посадку.
Миссис Смит величественно опустилась на скамью рядом с Тиглем, надела пылезащитные очки, затем достала курительную трубку и принялась не спеша набивать ее какой-то душистой травой. К чашечке трубки было приделано стальное колесико с кремнем; заслоняя его от ветра ладонями, миссис Смит ловко высекла искру и подожгла траву. Бернбрайт тем временем переместилась к головной тележке и принялась отдавать указания грузчикам, которые с помощью стальных ломов и ваг пытались направить колеса каравана в глубокие колеи-желоба, выбитые за десятилетия в каменной мостовой сотнями и сотнями механических повозок. Смитов кузен сложил руки на груди и шепотом произнес молитву.
Только сейчас Смит сообразил, что ему как мастеру-караванщику полагается находиться в головной повозке рядом с Пином. Бросившись к ней, он одним махом взлетел наверх и плюхнулся на сиденье открытой кабины — вернее, попытался это сделать, поскольку его законное место оказалось, почти целиком занято огромным ящиком с надписью «Для кухни». Пин, сидевший чуть выше кабины на специальной скамье и колдовавший над рычагами пружинного механизма, холодно покосился на него, и Смит, желая показать рычажному, что он свой парень, тоже взобрался на мостик и, усевшись на край скамьи, махнул Бернбрайт рукой.
По этому сигналу девушка снова поднесла к губам горн и выдула еще один громкий, отрывистый звук, означавший, что караван трогается. Затем она повернулась и стремглав бросилась по дороге, ибо позади нее рычажные уже отпустили стопорные механизмы, и караван с лязгом и стуком покатился в ворота. Двенадцать сцепленных между собой повозок, пять из которых были снабжены пружинными механизмами и являлись тягловыми, набирая ход, мчались по выдолбленным в камне желобам, держа путь на Сэлеш Морские Ворота.
Миссис Смит наконец раскочегарила свою трубку, с изяществом уместив ее между большим и указательным пальцами левой руки, откинулась на спинку скамьи и выпустила изо рта огромный клуб дыма. В следующей повозке сразу раскашлялся йендри и, бранясь, отчаянно замахал руками, разгоняя дым. Оторвавшееся от горизонта утреннее солнце заиграло на начищенной трубе Бернбрайт.
Хотя и с полуторачасовым опозданием, караван все же отправился в путь.
— Кажется, водить караваны не такое уж трудное дело, — заметил Смит после первого часа пути. За это время Троон остался далеко позади, превратившись в несколько игрушечных башен. Впереди и по сторонам дороги тянулись бескрайние, покрытые золотистой стерней поля, чье однообразие лишь изредка нарушалось мелькнувшим на горизонте темным пятнышком — то была деревенька или покинутый шалаш сторожа. Вымощенная красноватыми каменными плитами дорога протянулась до самого западного горизонта, и Смит поймал себя на том, что ему нравится смотреть на бегущие впереди колеи. В их параллельности ему чудилось нечто успокаивающее… Бернбрайт бежала в ста ярдах перед караваном уверенной, размашистой рысью, и Смиту казалось, что до Сэлеша они доберутся без всяких приключений.
— Вам кажется, это легко? — проворчал Пин, несколько раз нажав на рычаг движущего механизма. Первоначальный завод пружин помог каравану сдвинуться с места, и теперь рычажные поддерживали набранную скорость.
— Ну да, — кивнул Смит. — Сам посуди — дорога ровная, вокруг — сжатые поля, в которых не укрыться и пичуге, не говоря уже о грабителях. Насколько мне известно, никто сейчас не воюет, поэтому нам нечего бояться неприятельской армии. Нужно только ехать потихоньку вперед, а колея сама приведет, куда надо.