За десятилетие определился круг жанровых издательств: это «Аргус» (болгарские НФ и детектив), «Квазар» (болгарская и зарубежная фантастика), «Бард» (то же), «Эльф» (отечественная и зарубежная фэнтези), «Брен» (в основном — зарубежная НФ, но появляется и болгарская фантастика), «Офир» (то же). В конце 1990-х появились две регулярные книжные серии, ориентированные исключительно на новинки болгарской НФ — «Новая болгарская фантастика» издательства «Аргус» и «Болгарская фантастика. XXI» издательства «Квазар». За 2000–2003 годы успело выйти семь антологий новейшей болгарской НФ и фэнтези.
* * *В современной болгарской НФ четко выделяются три поколения (или волны, если хотите) авторов. К первому относятся фантасты, чье творческое становление пришлось на 1980-е годы, и в новую эпоху они вошли уже сформировавшимися, известными авторами. Второе поколение (промежуточное) — это фантасты, дебютировавшие на рубеже 1980—1990-х, сегодня они представляют наиболее активную писательскую группу. И наконец, литераторы, пришедшие в НФ в середине и конце 1990-х.
Первое поколение можно назвать хранителями традиций болгарской НФ, тяготевшей к лирико-философской ее ипостаси. К сожалению, не все «звезды» 80-х сегодня активно работают. Почти не появляются в печати произведения Велички Настрадиновой, Николы Кесаровского и Веселы Люцкановой, исчез из жанра Иван Серафимов, а писатели Атанас Славов и Емануел Икономов больше уделяют внимания издательским проектам и жанровой журналистике…
Но были и «возвращения».
Дебютная книга Любомира Николова, экологическая антиутопия «Суд поколений» (в соавторстве с Георгием Георгиевым), увидела свет еще в 1978 году, затем появился сольный роман «Крот» (1981) о тоталитарном обществе будущего. Однако подлинная известность пришла к автору после публикации повести «Червь на осеннем ветру» (1986; рус. — 1989), принесшей автору премию Европейского конгресса писателей-фантастов. Эти книги, а также многочисленные публикации в сборниках и периодике вывели писателя в число самых популярных фантастов 1980-х.
Затем Николов надолго исчез из фантастики. Но в 1999 году вышел в свет его роман «Десятый праведник», который по итогам опроса 2001 года был признан лучшей НФ-книгой десятилетия. В новом романе Николов изобразил мир недалекого будущего, когда в результате планетарной катастрофы основные химические элементы вдруг поменяли свои свойства, и лишенная электричества, деградирующая земная цивилизация пытается выжить и приспособиться к «первобытным» условиям.
Другой лидер болгарской фантастики 80-х и первый лауреат «Гравитона» (1991) Агоп Мелконян уверенно удерживает свой статус и в новой литературной эпохе. О творчестве этого автора мы достаточно подробно рассказали в обзоре восточноевропейской НФ («Если» № 8, 1997 г.). Мелконян — один из самых разносторонних и глубоких фантастов Болгарии, в большинстве своих произведений совмещает стилистические и культурные пласты, оригинальность НФ-идеи и традиции европейской психологической прозы. Он одинаково успешно работает как в жанрах сатирической или сюрреалистической фантастики, так и в фантастическом детективе или притче. В одной из своих последних книг — сборнике новелл «Тени от плоти» (1999) — фантаст рискнул обратиться к исследованию сакральных сторон человеческого бытия, осмыслению библейских сюжетов через средства НФ.
К этому же «гуманитарному поколению» относится киновед и фантаст Петер Кырджилов (лауреат «Гравитона» 1993 года). Нашим читателям он известен лишь по изданному на русском языке сборнику «Призрачный цикл» (1989) и нескольким рассказам в антологиях. На самом деле Кырджилов — автор восьми книг, а его последний на сегодняшний день сборник, «Звездные детективы» (1999), яркий образец юмористической НФ. Его герои, юные космические детективы Пирри и Обб, чем-то напоминают Арнольда и Грегора из рассказов Шекли (а иногда — штерновского Бел Амора).
Еще один «возвращенец», Велко Милоев, более чем на 10 лет исчезнувший из фантастики, в 2001 году преподнес читателям новый сборник «Где вы не были». Издательство «Аргус» нашло оригинальное дизайнерское решение: книга представляет собой картонную коробку с девятью почтовыми конвертами внутри, в каждом конверте, любовно оформленном прекрасным художником Димитром Стояновым-Димо, отдельный рассказ-послание. Высокая, притчевая фантастика Милоева очень камерна, и такое необычное ее книжное воплощение усиливает эффект интимности, доверительности, возникающей между писателем и читателем.