Ее слова встретили одобрительными возгласами. Кое-кто захотел высказаться, но Маргарет не разрешила и продолжила свою речь.
— Опи Киндред постоянно крутится на дне рифта, но не делится с нами своими открытиями. Наверное, он уже не считает себя одним из нас. Он собирается обменять свою научную репутацию на гражданство, но ведь это не наш путь, верно?
— НЕТ! — взревела толпа.
Тут в комнату ворвались Белые Мыши.
Хлопки взрывов, белый дым, вопли. Белые Мыши были вооружены длинными гибкими палками, утяжеленными на одном из концов. И они принялись орудовать ими подобно фермерам, молотящим зерно. Толпу охватила паника. Маргарет подхватили двое техников и вывели из комнаты в наполненный белым дымом коридор. Из дыма вынырнул Арн, прижимая к груди инфоблокнот.
— Мыши уже готовятся выпустить яд, — сообщил он на бегу, когда они длинными прыжками мчались по коридору.
— Тогда я отправляюсь немедленно, — решила Маргарет.
Спуск по шесту в коридор нижнего уровня. Вдоль стен тянутся ряды магазинов. Люди крушат окна и витрины. Никто не обращает на них внимания, когда они бегут сквозь взбунтовавшуюся толпу. Они сворачивают за угол, крики и звон бьющегося стекла стихают. Маргарет тяжело дышит. Глаза у нее слезятся от газа, из носа течет.
— Они могут убить тебя, — говорит Арн и хватает ее за руку. — Я не могу тебя отпустить, Маргарет.
Она выдернула руку. Арн попытался снова схватить ее. Он выше, но она сильнее. Маргарет сделала быстрый шаг вперед, подпрыгнула и ударила его по носу открытой ладонью.
Арн сел, пуская носом кровавые пузыри, и уставился на нее удивленными слезящимися глазами. Она выхватила у него блокнот.
— Прости, Арн. Это мой единственный шанс. Быть может, я ничего там не найду, но никогда не прощу себе бездействия.
* * *Маргарет была уже в пятистах километрах от хабитата, когда по радио прозвучал сигнал вызова.
— Игнорируй, — приказала она скафандру. Она не сомневалась в том, кто именно ее вызывает, и ей нечего было ему сказать.
С такого расстояния Солнце выглядело всего-навсего самой яркой звездой на небе. Сзади и выше Маргарет на фоне Млечного Пути виднелся тусклый удлиненный полумесяц «Ганапати». Впереди и ниже двигателя маленькой транспортной платформы на фоне переливающихся звезд медленно вырастал Энки — шишковатая картофелина с большой насечкой в самом широком месте.
Над насечкой движущейся искоркой восходила маленькая луна. На мгновение Маргарет охватил иррациональный страх, что она столкнется со светилом, однако навигационный дисплей платформы показывал, что падение произойдет выше и сзади. Упасть мимо луны! Она не смогла удержаться от улыбки, подумав об этом.
— Приоритетная отмена запрета, — сообщил скафандр. Его голос, ободряющее контральто, Маргарет знала столь же хорошо, как и голос матери.
— Игнорируй, — повторила она.
— Извини, Мэгги. Ты же знаешь, что я не могу этого сделать.
— Совершенно верно, — подтвердил другой голос.
Маргарет опознала его за секунду до того, как скафандр услужливо вывел имя на визор шлема. Дзю Шо.
— Немедленно возвращайся, — приказал Шо. — Если придется, мы сожжем тебя спектрографическим лазером.
— Не посмеете.
— С трудом верится, что о тебе кто-нибудь станет скорбеть, — проговорил Шо. — Твое бегство с «Ганапати» приравнивается к подстрекательству, а мы имеем право защищаться.
Маргарет рассмеялась. Шо очень любил извергать как раз такую глупую, нравоучительную и чванливую чепуху.