Когда с этим было покончено, я огляделся по сторонам — не смотрит ли кто. Но вокруг не оказалось ни души, и я приступил к делу, решив начать с короткой молитвы…
— Эй, чем это ты тут занимаешься, Мик?
Я подпрыгнул от неожиданности, сгруппировался и приземлился на корточки уже с пушкой в руках, целясь в грудь Жлобу.
— Ты ведь это уже пробовал, — разочарованно сказал он.
Жлоб, весь серебристый, стоял возле старого контейнера. Я еще раз посмотрел на асфальт: жирное пятно было на месте, а потом заглянул в книгу, которая валялась на парапете.
— Здесь написано, что ты должен появиться, когда я закончу молитву!
— На заборе тоже написано… Разве тебе неизвестно, что Папа не одобряет расправу над духами?
— Слыхал, — признался я. Но он ведь и обычных людей не велит убивать. Так что у нас обоих рыльце в пушку.
— Э, нет, Мик! Большой Босс там, наверху, понимает, что такое бизнес. А изгонять духов — это, знаешь ли, совсем другое дело. Это не, по правилам.
— Не вижу разницы.
— А ты вспомни о душе, приятель. Обычный человек — в нем ведь до хрена всякого дерьма. Вот возьмешь ты, например, шлепнешь какого-нибудь типа, который плохо себя вел. Так ведь ты только тело его убил, а душа этого типа просто перелетела в другое место — и всего делов. А вот с духами — ну, такими, как я — совсем другой коленкор. Во мне ведь, кроме души, ничего больше нет, так что, шлепнув меня, ты лишишь мою душу вечности.
Я рассмеялся:
— По-твоему выходит, грохнуть простого смертного — это ему же во благо?
— Ну, тут все зависит от ситуации, — уклончиво ответил Жлоб и улыбнулся прозрачной улыбкой. — Одно могу сказать наверняка: луч-гШее, что можно сделать для духа — это освободить его.
— В смысле?
— А что говорится в этой книженции? С какой стати призраки околачиваются в этом бренном мире? — Жлоб посмотрел на меня с отеческой снисходительностью. Глаза его словно говорили: «Мне спешить уже некуда». И боюсь, в этом была доля истины.
— Какие-нибудь неоконченные дела? — рискнул предположить я.
— Совершенно верно!
Я уже чувствовал, к чему он клонит, но мне это совсем не нравилось.
— Я не мастак отгадывать загадки, говори напрямик, чего тебе надо?
— Фрэнки, — торжественно произнес Жлоб.
— Ты что, предлагаешь мне замочить собственного босса?!
— Отличная мысль, правда?
— Что-то я ни в одной книжке о таком не читал.
— Подумай о будущем, сынок. — Жлоб подплыл поближе и положил невесомую ладонь на мое плечо. Волосы у меня на затылке встали дыбом, а спина покрылась испариной. — Ты ведь не хочешь ссориться с Большим Боссом, правда?
— Н-не хочу, — заикаясь, выдавил я и вывернулся из-под призрачной руки. Весь этот разговор сильно смахивал на аттракцион «Крутящиеся блюдца» в Кони-Айленде — и тошнит, и вылезать поздно.
— Грохни Фрэнки — и моя душа освободится. А Большой Босс это оценит. Для него это знаешь, какая радость будет! Ведь ты же понимаешь, Фрэнки далеко не ангел. Пока жив.
Я слушал его, разинув рот. А Жлобби заливался соловьем:
— Взгляни на меня, Мик! Вот я стою перед тобой, простой американский призрак. Неужто я не знаю, о чем говорю?
Вот тогда-то я это и увидел. Сначала думал — показалось. Присмотрелся — нет, все верно: какое-то мерцание справа от Жлоба…
Жлоб, видно, заметил, что я отвлекся.
— В чем дело, Мик?
— Ничего… Просто у меня от всего этого голова кругом…
— Да брось ты! Думай об этом просто как о служебной необходимости, о’кей?
— Знаешь, хлопнуть босса — не самый лучший способ отличиться по службе.
— Ладно, Мик! Фрэнки ведь приказал тебе избавиться от меня, так?
— Ничего личного. Бизнес есть бизнес, верно? — сказал я, стараясь, чтобы мой голос звучал нервозно. Это оказалось не так уж сложно — учитывая, что я был обеспокоен двумя вещами: во-первых, я не мог понять природу мерцания, а во-вторых, меня пытался завербовать мертвый мафиози.
— О, я все понимаю, поверь, — великодушно улыбнулся Жлоб. —.
Но ты же умный мальчик, Мик! Если ты грохнешь Фрэнки, я обрету свободу. И Фрэнки тоже освободится — начнет новую жизнь. И уж наверняка ему станет намного легче, если я не буду висеть у него на совести тяжелым грузом. Посмотри на это дело с такой точки зрения и увидишь, что, грохнув Фрэнки, ты всем нам окажешь большую услугу.
— Пожалуй, в этом что-то есть…
У пирса плескались волны, и лунный свет отражался в сальном блеске, запятнавшем набережную. Я посмотрел сквозь Жлоба и увидел еще одно мерцание позади него. Я изо всех сил напряг мозги…