Выход Носову подсказал случай. Собираясь на очередной экзамен, Маша вытряхнула из сумочки ключи от квартиры Владимира Афанасьевича. Когда они покидали его, девушка забыла их вернуть. Это и решило дело.
План Сергея был и безумен, и коварен, но в то же время чрезвычайно прост. Чтобы его осуществить, требовался точный расчет, полная уверенность в своей правоте и наглость. Тем же вечером Носов сказал Маше, что уходит по делам, и отправился в отделение милиции, куда он приходил заявлять о пропаже тела. Ему повезло, на месте дежурного сидел тот же молодой лейтенант. Рядом с ним, склонившись над столом, читал протокол дюжий сержант, который тогда требовал у него документы. В общем, пока все складывалось как нельзя лучше. Изобразив на лице тревогу, Сергей подошел к окошку, просунул голову и поздоровался. И дежурный, и сержант вопросительно посмотрели на него.
— Понимаете, здесь один человек, не то чтобы старик, но пожилой, позабыл, где живет. Я здесь учусь рядом. Часто вижу его. Он тут в округе побирается, собирает бутылки. — От волнения голос у Носова дрожал, но волновался он по-настоящему, и выглядело это очень естественно и кстати.
— Ну и что? — грубовато спросил сержант.
— Я отвел его домой, — продолжил Сергей. — Но у него что-то с головой, крыша поехала. Он не помнит, где живет. Все время рассказывает, что у него украли тело. Он и раньше про тело говорил, — будто вспомнив, добавил Носов.
— Тот самый, что ли? — лейтенант посмотрел на сержанта.
— И чего тебе надо? — снова спросил сержант. — Отвел домой и хорошо.
— Мне лично ничего не надо, — стал объяснять Сергей. — Одинокий старик. Жалко. Что-нибудь сотворит с собой. Если у него с головой не все в порядке, кто знает, что он сделает. На меня уже драться лез. А если он возьмет топор и пойдет по улицам искать свое тело? — По выражениям лиц милиционеров Носов понял, что немного переборщил. Ему не надо было, чтобы милиция немедленно отправилась к Владимиру Афанасьевичу. Он хотел лишь напомнить о том своем визите и зафиксировать в их памяти, что такой безумец существует. Поэтому он поспешил успокоить стражей порядка: — Я к нему зайду. Попробую уложить его спать. Если что, может, вызвать психиатрическую «скорую»?
— Он пьяный? — спросил дежурный.
— Вроде нет, — ответил Сергей. — Я же говорю, он еще месяц назад ходил и кричал, что у него украли тело.
— Да знаем, знаем, видели мы его, — недовольно пробурчал сержант и тем самым здорово порадовал Носова.
— Значит, «скорую» вызывать или вас? — еще раз уточнил Сергей.
— Вызывай «скорую», — устало ответил дежурный. — Нам только сумасшедших и не хватало. Весь день сплошное шапито.
— На всякий случай записав номер телефона дежурного, Носов отправился к Владимиру Афанасьевичу. На улице уже стемнело, и когда Сергей подошел, то увидел, что в окнах изобретателя нет света. Носов даже застонал от досады. Не удостовериться, что хозяин дома, и начать операцию выглядело величайшей глупостью. Тем не менее он поднялся на третий этаж, быстро открыл и вошел в квартиру. Он еще не решил, что будет делать: дождется хозяина или займется поисками записей и остатков прибора. Сергей действовал, скорее, по инерции, собираясь разобраться на месте.
Носов вошел в комнату и остановился, чтобы глаза привыкли к темноте. В квартире пахло табачным дымом и спиртным. С улицы в окно попадало мало света. Вдалеке между деревьев синеватым светом горел фонарь, от которого пользы было не больше, чем от Большой Медведицы. Зажечь свет Сергей не решался. Возвращаясь домой, Владимир Афанасьевич увидел бы его со двора, и никто не знает, что бы он предпринял. Но Носов помнил, что в кухонном шкафу хранились стеариновые свечи, очевидно, на случай, если перегорят пробки.