— Если бы дама назвала по телефону имя, — Тортила протерла очки подолом шерстяного платья, — это было бы крайне подозрительно. Дама должна стесняться, закрывать ладошкой лицо и придерживать информацию… Но даже если она ведет себя именно так — ни за что нельзя поручиться. Поэтому я подняла дело Рябкина. Вот, у него все хорошо. Весьма вероятно, что он рекомендовал нас своей знакомой или подруге. С другой стороны, он же не лично с нами связался. Вдруг она просто воспользовалась его именем?
Калибан возвел глаза к подвесному потолку, усеянному, как звездами, огоньками мелких белых лампочек. Тортила была подозрительна до паранойи, он давно привык к этому и удерживался от комментариев.
— Юриспруда опаздывает, — сказала Тортила.
— Раньше половины двенадцатого ей все равно нечего делать.
— Я просила ее присутствовать на переговорах с самой первой минуты. Могут быть какие-то странности в поведении клиента, а мы с вами, допустим, проморгаем…
— Уж вы, сокол наш, Татьяна Брониславовна, не проморгаете ни за что, — Калибан раскрыл на мониторе пасьянс. — И не требуйте от Юльки, чтобы она приходила вовремя — вы нанесете ей душевную травму. Вызывайте на полчаса раньше, вот и все.
Тортила рассмеялась, обнажив фарфоровые зубы, кое-где испачканные красной помадой. Старушка любила дорогую косметику и никогда не упускала шанса похвалиться новым приобретением перед Лилей или даже Юриспрудой; лет тридцать назад Татьяна Брониславовна закончила курсы макияжа и поработала стилистом, но Калибан все равно не понимал, зачем так ярко красить губы. В исполнении Тортилы напомаженный рот приобретал почему-то прямоугольную форму, а часть краски непременно оседала на зубах.
— Смотрите-ка, — Тортила оживилась, увидев что-то на мониторе внешнего обзора. — Похоже, вот она, голубушка…
Калибан обернулся и тоже глянул на экран над дверью. Скрытая камера фиксировала все, что происходило перед входом в офис; сейчас в поле ее зрения оказалась машина «фольксваген-жук», светлая, вероятно, ярко-желтая. Дверцу машины захлопнула девушка лет двадцати с небольшим, огляделась, вздохнула, посмотрела на часы, порылась в сумке, выловила сигареты и зажигалку, нервно закурила.
— Платежеспособная, — заключила Тортила.
Калибан кивнул — даже на черно-белом экранчике, неизбежно искажавшем картинку, предполагаемая клиентка выглядела эффектно.
— Психологически все вроде бы точно, — Тортила потерла мягкий подбородок с тремя торчащими седыми волосками. — Приехала раньше времени. Волнуется. Нервничает. Курит… Знаете, Коля, я ее где-то видела. В каком-то журнале. Вспомню — скажу.
— Я пошел? — Калибан допил чай и поднялся.
— Идите, Коля, — Тортила глядела на экран, ее темный, в складочках кожи палец рассеянно гладил «мышку», будто чесал за ухом. — Удачи… Как только появится Юриспруда, я вам позвоню.
* * *Калибан угнездился в кресле с высокой спинкой, включил компьютер и раскрыл «Эрудит». Дальше второго хода ему продвинуться не удалось — звякнул коммутатор, и приятный голос Лили проворковал:
— Николай Антонович… К вам…
«В цвете» предполагаемая клиентка оказалась даже ярче, чем Калибан рассчитывал. Короткая кожаная курточка, нежно-розовая, сапоги — в тон, стрижка, укладка и макияж — без страха и упрека. Особенно хороши были безмятежно-синие глаза, оттененные так легко и умело, что создавался эффект полного отсутствия косметики. Калибану не верилось, что у столь свежего и приятного глазу существа могут быть серьезные проблемы.
Гостья уселась в кресло, закинула ногу на ногу и сразу же попросила разрешения закурить. Она и в самом деле нервничала; а вот были ее проблемы вымышленными или реальными — предстояло выяснить прямо сейчас.
— Меня зовут Николай, — Калибан положил на стол визитку. — Вы будете чай или кофе?
Она предпочла кофе. Ее сигарета казалась игрушечной: тоненькая и ломкая.
— Наша фирма имеет колоссальный опыт, — осторожно начал Калибан. — Мы помогли уже многим людям… Если бы я назвал вам имена некоторых наших клиентов — вы бы удивились. Но я не назову: совершенно секретно. Репутация клиента — абсолютная ценность. Понимаете?
Она еще раз затянулась:
— Про вас говорят… прямо чудеса какие-то.
— Никаких чудес, просто нестандартный подход к делу.
Дернулся телефон в кармане пиджака.
— Извините, — Калибан вытащил трубку. — Алло…
— Я вспомнила, — прошелестела Тортила. — Грошева Ирина, специальность — дочка Грошева Вэ Эм, род занятий — тусовщица.