— Спасибо, — Калибан отключил трубку. Тортила, при всей ее незаменимости, иногда торопила события, а Калибан не терпел, когда ему навязывали чужой ритм.
— Вас порекомендовал мне один человек, — визитерша удивленно уставилась на свои руки: в каждой дымилось по сигарете. — Зачем это я… закурила вторую…
— Бывает, — Калибан покивал. — Простите… можно узнать ваше имя?
— Меня зовут Ирина, — она вздохнула. — Грошева, если вам так хочется.
— О-о, — уважительно протянул Калибан. — Понимаю. Мы бы с удовольствием работали анонимно, но при нашей специфике — никак не получается… Ведь у вас личная проблема?
— Личная. Меня бросает жених.
— Это серьезно, — Калибан чуть нахмурился. — Вы хотите, чтобы он остался с вами?
— Да, — вымолвила она еле слышно.
— Он останется, можете быть уверены. Ваш друг, который вас к нам направил…
— Просто знакомый.
— Простите, знакомый… Он сказал вам, что наши услуги дорого стоят?
— Да, — на этот раз в ее голосе почувствовался металл. — Я смогу заплатить. Только… — Она погасила обе сигареты. Подняла на него отчаянный взгляд: — Он сказал… что надо… что я буду…
— Давайте я вам объясню, — мягко сказал Калибан. — Все мы, люди, живем в обществе и время от времени попадаем в неприятные ситуации. Нам приходится сдавать экзамены, выяснять отношения с недоброжелателями, иногда нам требуется вся воля, чтобы на что-то решиться или, наоборот, от чего-то удержаться… Бывает, нам нужно кого-то в чем-то убедить, а вот не получается, хоть убей… Чтобы помочь человеку в такой вот трудный момент жизни, существует «Парусная птица», общество с ограниченной ответственностью. Как все происходит? Очень просто. Вы садитесь в удобное кресло и засыпаете, погруженная в гипнотический сон… Подчеркиваю: никаких медикаментов, никаких таблеток или уколов, экологически чистая технология. Вы спите… сколько надо времени для решения вопроса? Допустим, три часа. В это время я с помощью компьютера подключаюсь к вам… как объяснить? Скажем, настраиваюсь на вашу волну, словно приемник или мобилка. Даю вам установку. После этого вы идете в нужное место (не испытывая при этом ни страха, ни волнения, ваше сознание дремлет) и добиваетесь необходимой цели — организм при этом активизирует неведомые вам резервы… А потом вы просыпаетесь, как ни в чем не бывало, и ваша проблема уже решена. В данном случае — жених уже вернулся и просит прощения.
— Он никогда не просит прощения, — сказала девушка так безнадежно, что Калибан засомневался: а слышала ли она то, что он так тщательно ей втолковывал?
— Он просит прощения, — Калибан ухмыльнулся, будто чеширский кот. — В крайнем случае, он ведет себя как человек, который ошибался, а теперь раскаялся… В крайнем случае, просто возвращается к вам — без извинений. Ну, как?
— Вы не сможете этого сделать, — Ирина, кажется, сознательно себя заводила. — И зачем я, дура, надеюсь…
Похоже было, что она вот-вот разревется.
Калибан положил на стол руки — ладонями кверху:
— Разве я похож на лгуна?
Глаза у нее были все-таки красноватые. Капала визином, подумал Калибан. С утра поглядела в зеркало, огорчилась, достала бутылочку с каплями…
Он улыбнулся, обрушивая на нее все свое боевое обаяние. Иногда ему казалось, что в такие минуты ветер проходит по комнате, и белые ленты жалюзи колышутся, и пыль слетает с телевизора, прикрепленного к стене под самым потолком. И клиенты замирают, будто в лицо им дохнуло майским теплым днем, повеяло бризом с моря или характерным запахом новых зеленых купюр…
Ирина Грошева смотрела на него, закрыв лицо руками — сквозь пальцы.
— Вы мне не верите?
— Я боюсь.
— Чего? Неудачи бояться не следует: я вам говорю, что все получится, а значит…
Грянул городской телефон, стоящий на столе. Калибан снял трубку.
— Юриспруда явилась, — сообщила Тортила. — Последние новости: в настоящее время все гламурные журналы обсуждают разрыв Грошевой и ее официального жениха, Максимова, шоумена, в прошлом стриптизера.
— А-а-а, — сказал Калибан.
Тортила вздохнула:
— Надо браться, Коля, если мы это сделаем — резко пойдем в гору. Если нет — наоборот. Надо браться, тем более что информации полно…
— Да, — сказал Калибан.
— Юриспруду заряжать?
Калибан покосился на визитершу. Сказал прохладно и строго:
— Сейчас я занят. Будьте добры, перезвоните через час.
— Понятно, — Тортила чуть усмехнулась. — Заряжаю.
Калибан положил трубку. Ирина Грошева в кресле напротив кусала розовые губы.