По случаю праздника даже запах лотосовых роз был усилен и улучшен: с помощью магии к нему добавили ароматы ванили, мускатного ореха и мускуса, что производило, как минимум, необычное впечатление.
Выразительный лаконизм Такаты весьма понравился Винкасу, и он обещал себе при случае выразить мастеру свое восхищение. Однако на данный момент номер в гостинице и горячая ванна представлялись ему гораздо более важными, а благодаря необычайной щедрости Кирстану Винкас мог позволить себе и то, и другое, притом высшего качества.
Как обычно, он решил остановиться в «Гавани Риши». Небольшая, уютная гостиница была покрыта как бы слоем малиново-красной глазури, но без искусственных бриллиантов. Вместо них создававший иллюзию мастер воспользовался огненными опалами, которые разбрасывали золотисто-алые блики, пронизывавшие всю толщу призрачного льда. Задумавшись о том, почему убранство гостиницы так заметно отличается от всего виденного им в городе, Винкас решил, что Таката сам остановился у «Риши» и теперь с помощью этого нехитрого приема пытается привлечь к своей персоне внимание тех, кто в состоянии нанять его для каких-то других декоративных работ.
Находившийся за стойкой хозяин гостиницы Мьюригам — уютный толстяк с темной кожей цвета жженой умбры — засиял, как платиновый слиток из Бербанка, едва завидел входившего в вестибюль старого мага. И Винкас знал почему. Чем больше претендентов на главный приз приедет на Состязание, тем выше поднимутся ставки тотализатора. А чем выше были ставки, тем меньше люди задумывались, расставаясь с деньгами. Объяснить этот небольшой парадокс Винкас мог, пожалуй, только чем-то вроде легкого массового помешательства — правда, он никогда и не задумывался об этом всерьез. Ему было очевидно одно: в ближайшие дни винные погреба Мьюригама понесут значительный урон, а его кошелек, напротив, пополнится. Этим и объяснялась радость толстяка, который при всех своих достоинствах был не чужд корысти. Кроме того, Винкас слыл вежливым и нетребовательным постояльцем и не позволял себе никаких эксцентричных выходок, чем грешили некоторые из его коллег-магов.
— Вам как обычно, мастер? — спросил Мьюригам вместо приветствия и потянулся за своей регистрационной книгой.
— На этот раз не угадали, почтенный Мьюригам. Недавно у меня завелись лишние деньги, и теперь я ищу способ с пользой от них избавиться. Вы бы очень облегчили мою задачу, если бы сочли возможным предоставить мне лучший номер.
Хозяин гостиницы удивленно поглядел на него.
— Разумеется, мастер, вы получите самый удобный номер. Он стоит всего на пять монет дороже, чем обычно. Вас это устроит?
— О, разумеется.
— Вы, вероятно, хотите, чтобы я, как всегда, зарегистрировал за вас вашу заявку на участие в Состязании?
— Если вас это не затруднит.
— А как насчет пансиона, мастер?
— Я бы с удовольствием отведал ваших лучших блюд, если только редкие специи не обойдутся мне больше четырех монет в день.
— Вы, как всегда, благоразумны, мастер. Что называется — солидный клиент… Можете не сомневаться, у нас вы получите все самое лучшее. Остается сущий пустяк, мастер. Не могли бы вы внести часть платы вперед?…
Винкас достал из мешка три серебряных и десять медных монет и протянул хозяину. Мьюригам сделал пометку на куске кожи ящерицы, потом открыл кассу и ловко разложил монеты по отделениям согласно достоинству. Только один серебряный кругляш Мьюригам будто случайно уронил в стоящий на полу сосуд со слабым раствором кислоты. Увидев, что монета потемнела, он выудил ее оттуда, быстро протер тряпкой, пропитанной восстанавливающим естественный блеск серебра составом, и положил в кассу к остальным.
Винкас, от которого не укрылись эти манипуляции, только улыбнулся в бороду. Похоже, не он один похоронил свое истинное призвание: трюк с монетой хозяин гостиницы проделал с ловкостью, которой позавидовал бы и профессиональный фокусник.
Не успел Мьюригам закрыть кассу, как в вестибюль торопливо вошли двое приезжих, которые попросили хозяина разменять им несколько золотых. В большом зале шла игра в «тохоку», а эта парочка уже просадила всю мелочь. Заглянув в кассу, Мьюригам согласился, хотя и без особой охоты. Сделав кое-какие подсчеты (и незаметно искупав золото в том же составе), он выдал туристам несколько пригоршней меди, куда попало немало монет, только что полученных им от мага.