— Как странно!.. Вся эта красота… Ты, должно быть, ужасно огорчен, мой друг? Удалось ли тебе установить причину?
Таката сокрушенно покачал головой.
— В том-то и дело, что нет. Я теряюсь в догадках. Быть может, моих скромных способностей и достаточно, чтобы приносить мне некоторый доход, но в качестве инструмента анализа они совершенно не годятся.
— Понятно… — Упоминание о доходе заставило Винкаса вновь задуматься о нагретой монете. В душе мага зародилось страшное подозрение. — Скажи, твои заклинания теряют силу во всем городе или в какой-то определенной его части? — спросил он.
— Насколько я могу судить, эпицентр находится где-то здесь, но болезнь быстро распространяется.
Старый маг нахмурился и повернулся к владельцу гостиницы.
— Любезный Мьюригам, — начал он, — простите, что отвлекаю вас от ваших занятий, но мне необходимо задать вам один вопрос.
— Конечно, мастер, спрашивайте.
— У вас остались еще какие-то монеты из тех, что я дал вам по приезде?
Хозяин на мгновение замер, потом сверился со счетом, который вытащил из целой пачки подобных документов, записанных на коже ящерицы.
— Навряд ли, мастер. За сегодняшний вечер я разменял десять солнц, двенадцать лун, сорок серебряных и семь золотых монет. Кроме того, я на несколько дней раньше срока заплатил своим работникам, чтобы они могли как следует погулять на завтрашнем празднике. На это ушла почти вся медная разменная монета.
— Вы очень заботливый и великодушный хозяин, Мьюригам.
— Может быть, вы хотите, чтобы я вернул вам часть вашего аванса, мастер?
— Разумеется, нет, — сказал Винкас.
Лицо хозяина гостиницы выразило такое облегчение, что старый маг едва не рассмеялся. Лишь в последний момент он спохватился и сделал вид, что откашливается.
— Разумеется, нет, — повторил он. — Я просто хотел провести, э-э… небольшой эксперимент.
Таката вежливо тронул его за рукав.
— У тебя появилась какая-то теория?
— Ничего определенного, друг мой, пока ничего определенного. Я только собирался исключить одно из возможных объяснений.
Таката был слишком хорошо воспитан, чтобы задать свой вопрос вслух, но в его глазах появилось выражение такого жгучего нетерпения, что старый маг машинально кивнул.
— Существует вероятность, — признал он, — что все мы сделались жертвами одного весьма хитроумного розыгрыша. Вы оба знакомы с Кирстану и знаете, какая у него репутация… Только человек вполне определенного сорта способен регулярно проделывать шутки вроде той, какую Кирстану сыграл с уважаемым ламой Го… — В этом месте магу снова захотелось смеяться, и он еще раз принужден был сделать вид, будто поперхнулся. — А теперь я расскажу, как вышло, что в этом году я нисколько не стеснен в средствах. По пути сюда мне встретился именно Кирстану, который сказал, что хочет вернуть мне какой-то старинный долг. Честно говоря, я не помню, чтобы когда-нибудь давал ему взаймы, но это не исключено, к тому же я привык доверять людям. Как бы там ни было, Кирстану настаивал, и в конце концов я взял у него деньги…
Таката побледнел.
— Ты считаешь, что на деньгах Кирстану лежало что-то вроде заклятия, направленного против… против моих иллюзий? Но как неодушевленные предметы могут нести столь мощный магический заряд?
— Понятия не имею. Впрочем, я не очень хорошо представляю, как можно украшать иллюзиями дома и превращать в мираж насекомых и ящериц. Досконально мне известен только один вид иллюзий — тот, который передается непосредственно от одного джинна к другому.
— Я и сам не знаю, как это возможно, — вздохнул Таката. — С точки зрения исполнения мое искусство не представляет никаких сложностей, но что касается теории… темный лес! — Он снова вздохнул.
— Я пока никого ни в чем не подозреваю, — строго сказал Винкас. — Но мне кажется, что было бы только разумно проверить монеты, которые находятся у меня в кармане. А чтобы окончательно снять этот вопрос, было бы неплохо проверить и те, которые успели перейти от меня к другим людям.
— Но если дело в деньгах, которые подсунул тебе Кирстану, то каким образом мы можем предотвратить последствия? Ведь нельзя же исключить из обращения всю медь, к тому же кто сказал, что эта… инфекция не передается от монеты к монете?
Винкас подергал себя за бороду.
— Я дал себе слово приложить все усилия, чтобы выиграть в этом году Золотой Тор. И это будет весьма и весьма непросто. Глин Тан держится победителем, Мария Джинетти буквально излучает уверенность, к тому же в этом году нас посетил заморский гость — израильтянин, от которого не знаешь, чего ждать. Да и Мокшананда что-то чересчур приветлив…