Все бросились на улицу. И как раз вовремя — потолок рухнул, а через окно мы увидели, как гостиную заливают потоки воды.
То же происходило во всех домах вверх и вниз по улице. Мокрые люди выскакивали из домов, где их имущество заливало водой.
— Ничего не понимаю… — пробормотал Штейн. Негромко, но я услышал. Вид у него был жалкий, но я пребывал в отличном настроении, словно и в самом деле поучаствовал в чем-то стоящем.
— Трубы, доктор Штейн. В этих старых домах все еще остались свинцовые трубы, — пояснил я. — Вы превратили их в золотые, что в конечном итоге принесет домовладельцам солидную прибыль, но проблема в том, что прочность золота меньше, чем у свинца, и…
— Само собой, это мне известно, — огрызнулся он. — Но эксперимент должен был воздействовать только на брусок. А волне следовало рассеяться, не достигнув… если только… — На его лице отразились ужас и злость. Он схватил меня за плечи и спросил: — Решение последней проблемы… оно ведь было с компактным носителем?
— Ну… мне показалось, что такой прием работает не очень хорошо, — признался я, — поэтому на этот раз я использовал периодические граничные условия.
За его спиной я видел направляющуюся к нам разъяренную толпу, к которой уже присоединились репортеры местного канала. Насколько я мог судить, они не испытывали к нам благодарности за щедрый подарок в виде золотых канализационных труб.
— Смотря как на это взглянуть, — ответил он и улыбнулся, но морщинки появились только возле левого глаза. — Как по-твоему, какой эффект это окажет на весь мир, на технологии и на экономику, раз каждый атом свинца на планете теперь неожиданно превратился в золото?
Перевел с английского Андрей НОВИКОВ
© Alex Kasman. On the Quantum Theoretic Implications of Newton's Alchemy. 2007. Печатается с разрешения автора. Рассказ впервые опубликован в журнале «Analog» в 2007 году.
ВИДЕОДРОМ
ХИТ СЕЗОНА Спроси у пыли
В сказочном мире девочка отправляется на Север, чтобы расстроить планы коварной и прекрасной злодейки. Нет, это не «Снежная Королева». Семейный фильм вызывает протесты католиков. Нет, это не «Гарри Поттер». Путь в кинотеатры указывает «Золотой компас».
Создавая экранизацию первой книги трилогии Филипа Пуллмана «Темные начала», в New Line Cinema всячески подчеркивали преемственность этого проекта с «визитной карточкой» компании — кинотрилогией Питера Джексона. В рекламном ролике Кольцо Всевластья демонстративно превращалось в золотой компас. Один из центральных героев, бронированный медведь Йорек Бирниссон, в оригинале разговаривает голосом Йена «Гэндальфа» Маккеллена, В эпизоде появился Кристофер Ли.
Сценарист и постановщик Крис Уэйц, известный фривольной, но ультрапопулярной молодежной комедией «Американский пирог», был выбран, по слухам, из полусотни кандидатов. В результате Уэйц несколько раз покидал режиссерское кресло, мотивируя решение крайней сложностью задачи. И возвращался снова. А сложность была отнюдь не в освоении ста пятидесяти миллионов бюджета.
«Золотой компас» словно призван был совместить визуальные наработки сразу двух поджанров: эпической фэнтези от New Line и бурно цветущей в последние годы подростковой фэнтези, где сериалом о Гарри Поттере задает планку студия-конкурент Warner Bros. Плюс налет «стимпанка», более характерного для аниме. Такой замах вполне отвечал эклектике текста Пуллмана. Однако мегазатратные подростковые сказки нового века часто снимаются в ключе, который не раз называли набором движущихся иллюстраций. В то же время «взрослое» направление допускает больший градус режиссерской свободы («Властелин Колец», «Звездная Пыль»). Уэйц, в основном, точно следует канонам «киноиллюстрации», почти дословно перенося фабулу на экран, хотя время от времени и переставляет события местами. Принципиальных отступлений от книги всего два.
Трилогию Пуллмана нередко называют богоборческим трактатом. Антиклерикальные выпады даже в первой, наименее острой, части осознанные и яростные. В то же время это художественное произведение, и понимать его нужно, скорее, метафорически. Но как раз дети и подростки часто воспринимают книги буквально. Уэйц принял соломоново решение и большинство неполиткорректных моментов упрятал в подтекст, ясный только читавшим Пуллмана. Церкви в картине почти нет. Есть абстрактная тоталитарная организация Магистериум, контролирующая все сферы жизни в альтернативной Англии: от науки до религии. Ее резиденция напоминает собор, но христианская символика отсутствует, Лишь самый неприятный персонаж носит имя фра Павел.