Я должен был оставаться в образе. Я достал карманный терминал и сделал вид, что включаю его.
— Как ваше имя, сестра? — спросил я.
— Белинда Вашингтон, 021482944.
— Что ж, миссис Вашингтон, 021482944, — медленно произнес я, — дело в том, что ваш пациент — шпион с юга. Скоро сюда прибудут федеральные агенты, чтобы забрать его. А вы тем временем дайте ему снотворного, чтобы не буянил. У вас же нет с этим проблем, не так ли, миссис Вашингтон, 021482944?
— Нет… конечно, нет.
— Рад слышать. Мне не хотелось бы думать, что вы симпатизируете…
Я счел бы выражение ее лица забавным, если бы только не был сам перепуган до смерти. Сестра Вашингтон схватила горсть ампул и поспешила скрыться.
Чуть позже подъехал лифт, из которого вышел стажер. Я проскочил внутрь и отправился на пятидесятый этаж в компании парочки медсестер. Затем подождал немного и выбрался в вестибюль вместе с докторами. Там я присоединился к группе уходящих посетителей и вышел через главный вход, избежав необходимости сканирования.
Через четверть часа я был уже далеко. Мое положение немного улучшилось.
По крайней мере, теперь у меня появилась одежда.
Я обыскал карманы детектива и обнаружил кредитную карточку Миллета (бесполезную без его пальца), его терминал (бесполезный по той же причине), бумажник с фотографиями его детей, полицейский значок, несколько ручек и кожаный мешочек с гашишем.
А к внутренней стороне пиджака Миллета крепилась кобура с маленьким лазерным пистолетом.
Все остальное я выбросил.
* * *На следующее утро я нашел их в другом парке. Они оттерли женщину от группы бегущих трусцой и вели ее к зарослям кустов. Я прокрался через эти заросли и последовал за ними с пистолетом в руке.
— Доброе утро, джентльмены, — сказал я. — Рад снова вас видеть.
Я спустил курок.
Луч прошел по траве у их ног, оставляя полосу пепла. Они удивленно повернулись ко мне.
— Ты, — сказал я веснушчатому пальцушнику, — дашь ей противоядие. Немедленно, — я подчеркнул свою просьбу еще одним выстрелом. Пальцушник чуть не выронил шприц, спеша подчиниться.
Бегунья медленно осела на землю.
— Теперь вколи это своему другу.
— Но ему не нужно противоядие. В смысле, понимаете ли, его же никто не укусил и все такое.
— Я прекрасно понимаю, что ты имеешь в виду. Сделай ему укол.
Они озадаченно посмотрели друг на друга. Веснушчатый виновато пожал плечами и вколол своему напарнику противоядие, отчего тот упал рядом с бегуньей.
— Как тебя зовут, пальцушник?
— Малахи.
— Что ж, Малахи, кинь мне свои инструменты и выворачивай карманы.
Получив набор пузырьков, игл и скальпелей, я опустил все это на землю. Затем я убрал лазер в карман пиджака, продолжая целиться в пальцушника через одежду.
— Где ты живешь, Малахи? — спросил я.
— На семьдесят шестой улице.
— Один?
— Нет, с Гаррисоном, — он кивнул на своего друга.
— Я очень надеюсь, что ты не врешь, — произнес я. — И вот почему: мы с тобой сейчас пойдем к тебе в дом. Гаррисона мы оставим здесь. Я закончу свои дела часа за четыре… если только мне никто не помешает. Таким образом, у тебя останется еще масса времени, чтобы вернуться за Гаррисоном, прежде чем его найдут. Думаю, ему не понравится объяснять полиции, что он делает здесь вместе с инструментами пальцушника, не так ли, Малахи?
— Так.
— Хорошо, — я махнул рукой в сторону кустов. — Пошли.
Малахи на мгновение заколебался.
— Чего вы хотите? — спросил он.
Я почему-то нашел этот вопрос ужасно забавным и лишь с трудом подавил смех.
— Немногого, — наконец выдавил я. — Всего лишь большой палец твоей правой руки.
* * *Кража пальцев, похоже, была весьма прибыльным делом. Дом, к которому меня привел Малахи, изнутри щеголял красным деревом, восточными коврами и ирландским хрусталем. Хотя эти пальцушники отличались эклектическим вкусом: отделка спальни представляла собой мешанину из шелка, железа и кожи. Я сковал Малахи одной из трех имевшихся в квартире пар наручников, прежде чем использовать его отпечаток для доступа к терминалу — отличной машине с многими гигабайтами памяти и неисчислимыми терабайтами на жестком диске. Затем я напялил на него одну из уродливых безглазых масок, коллекцию которых обнаружил в платяном шкафу.
— Что вы делаете? — спросил он.
Я промолчал. Я и сам толком не знал ответа.
Я сел перед терминалом и положил руки на клавиатуру.
Некоторое время я просто смотрел на экран и пытался привести в порядок свои мысли и желания.