Купер наклонился и осторожно поставил коробочку на кофейный столик.
– Я буду хранить ее.
Они молча сидели несколько минут, глядя на сувенир.
– Формально новое тысячелетие начнется только 1 января 3001 года, – сказала Марипоза, – поэтому у вас есть еще год до последнего срока.
Купер покачал головой:
— Мы считаем иначе.
— Мне очень жаль, что у нас такая бюрократия, – произнесла Марипоза.
— Это не ваша вина, – вздохнул Купер. – Я сам подвел своих предков.
– Нет, вы сделали все, что могли, – возразила Марипоза. – Вина их, а не ваша. Они объявили войну, а не вы.
Он не ответил.
— Конечно, Бог не оставит их души… – Марипоза проверила через свой имлантат, что именно сказал отец Купера относительно местонахождения его предков, – в Лимбе навсегда, только потому что вы не уложились в назначенный срок и опоздали на несколько недель или месяцев.
— Нет, не навсегда, – ответил Купер. – Только до следующего тысячелетия. Всего лишь еще на тысячу лет.
31 декабря 2999 года н.э.
Марипоза проверяла гоночную яхту, когда ее прервал Вердан.
– У нас нарушена система защиты. Корабль Купера без разрешения произвел расстыковку со станцией.
Дата делала план Купера очевидным.
– Он собирается посадить корабль на Землю.
— Именно так я расцениваю его намерения. Марипоза медленно выдохнула.
— Я попробую его отговорить.
— Хорошо. Мне он не отвечает, но человеческие существа мужского пола обычно лучше относятся к привлекательным женщинам.
— Льстец. – Марипоза извинилась перед владельцем яхты и поспешила к ближайшему отсеку управления, оборудованному видеосвязью.
— Что предпринимают силы обороны планеты?
— Ничего.
— Почему? – Марипоза уселась в отсеке, который принял код авторизации ее имлантата и включил экраны.
— Поставить в известность моих коллег – другие искусственные интеллекты – означает потерять лицо. Вот почему я надеюсь, что вы быстро решите эту проблему.
Пока Марипоза пыталась установить связь с Купером, она приказала отсеку показать его корабль и его предполагаемый курс. Красная кривая указывала, что корабль войдет в атмосферу примерно через три минуты.
– Купер? Вы меня слышите? – произнесла она.
Несколько секунд ответа не было. Потом лицо Купера появилось на экране.
– Помните, вы сказали: я сделал все, что мог? Я понял, что остался еще один выход.
— Оборона планеты не позволит вам приземлиться. Возвращайтесь сейчас, иначе они будут вынуждены расстрелять вас.
— Просто позвольте мне сделать то, что я поклялся сделать, и можете арестовать меня, судить, казнить – мне все равно.
— Вердан, – послала Марипоза вызов, – есть какой-нибудь способ посадить его под стражу в таможне на Земле и продолжить карантин?
— Будь такая возможность, я бы предложил это еще тогда, когда возникла проблема.
— Пожалуйста, Купер. Возвращайтесь, и все, в конце концов, уладится.
Купер вздохнул.
– С момента нашей встречи вы изо всех сил старались мне помочь. Почему?
Марипоза нахмурилась.
— Наверное, потому что вы нуждались в помощи.
— А я отплатил за вашу доброту неблагодарностью. – Он снова вздохнул. – Прошу у вас прощения.
— Я вас прощаю. Только вернитесь. – Марипоза наблюдала за траекторией корабля Купера, неуклонно приближающегося к Земле.
Голос Вердана возник на линии связи.
— Если вы не начнете менять курс прочь от Земли в следующие тридцать секунд, у меня не останется другого выхода, как сообщить органам обороны планеты о том, что ваш корабль представляет собой потенциальную угрозу.
— Я никому не хочу зла, – сказал Купер. – Марипоза обыскала корабль, она знает, что опасности нет.
— Это не имеет значения, – ответил Вердан. – Ваш корабль не может совершить посадку, пока действует эмбарго.
Купер с экрана посмотрел ей прямо в глаза.
— Марипоза, вы ведь не выстрелите в меня, правда? Она покачала головой.
— Это от меня не зависит. Вердан – мой босс, а не наоборот. Купер закрыл глаза, его губы молча шевелились.
Вердан сказал:
— Немедленно, Купер. Это ваш последний шанс. Купер устало ответил:
— Меняю курс.
Марипозу захлестнула волна облегчения. Она посмотрела на экран, показывающий предполагаемый курс Купера, но красная линия еще круче пошла вниз, к Земле.
– Не туда, Купер!