— Нет, просто работы много накопилось.
Уэйн не пошевелился, с некоторым подозрением разглядывая Джеффа.
— Ты редко здесь бываешь. Ничего не хочешь рассказать?
— Да нет, ничего необычного, — пожал плечами Джефф. — Почему ты спрашиваешь?
— Просто проверяю, не слишком ли велика нагрузка, — чересчур небрежно бросил Уэйн и, рассеянно подняв степлер со стола Джеффа, повертел его в руках. — Сам знаешь, наш бюджет на этот квартал почти исчерпан.
Джефф закатил глаза и кивнул.
— Конечно, конечно, — пробормотал он и, когда Уэйн медленно повернулся, чтобы уйти, неожиданно окликнул начальника: — Эй, Уэйн, ты откуда родом?
— Торонто.
— Нет, я имею в виду до этого?
— Сьерра-Леоне, со стороны отца: его мать пришла оттуда лет сорок назад.
Уэйн закрыл степлер и бросил на стол.
— А почему ты спрашиваешь?
— Обычное любопытство, — заверил Джефф. — Ты много знаешь о Сьерра-Леоне?
— Мне было около десяти, когда отец забрал меня к себе.
— Никогда не подумывал вернуться домой?
— Нет. Па посылал домой деньги, когда мог, конечно.
— А как насчет тебя? — снова спросил Джефф.
Уэйн слегка нахмурился.
— Мне нужно заботиться о семье. Жена и трое ребятишек: что у них была бы за жизнь, не явись сюда моя бабка?
— Знаю, — обронил Джефф.
— Ну, а ты? — спросил Уэйн, снова поднимая степлер. — Почему ты не сохранил все то римское дерьмо, каким полны дома других парней?
Джефф уперся взглядом в стол. Единственной принадлежавшей лично ему вещью был календарь, иллюстрированный эротическими фресками из Помпеи: шутливый подарок от коллег.
— Наверное, подобные вещи меня просто не интересуют.
— Понимаю, — кивнул Уэйн, шагнув к выходу. — Если понадобится помощь, дай мне знать, договорились?
— Разумеется, — заверил Джефф. Проводил взглядом Уэйна, досчитал до десяти, прежде чем вернуться к столу и насущной проблеме, не дававшей ему покоя. Провести людей Маркуса в здание — это полдела. Нужно, чтобы они подоспели к тому времени, когда разверзнется расщелина и служащие центра будут так заняты, что не обратят внимания на непрошеных гостей. И, конечно, если он проведет их в приемную, все пути назад окажутся отрезаны. Выйти можно будет только через расщелину. Если Маркус ошибается…
Телефон Джеффа зазвонил: на панели дисплея высветился номер фульвии. Он было решил не брать трубку, но тут же передумал.
— Здравствуйте, миссис Колумелла!
— Галфридиус, это Фульвия Колумелла, — сообщила она, словно не слыша его приветствия. — Ты с моим сыном говорил?
— Да.
— И что? Аттиус попал в беду?
— Я так не думаю, — осторожно ответил Джефф.
— Худо то, что я его не видела… с того дня, как ты был у нас. Сказал ли он тебе, куда решил отправиться?
Джефф на миг зажмурился.
— Прости, Фульвия. Я видел его вчера в школе. Но он вроде собирался вернуться домой. По крайней мере, мне так показалось. Может, он иногда остается у друзей?
— Я звонила.
— Постараюсь разузнать, — пообещал Джефф. — Могу я еще чем- то помочь?
После минутной паузы Фульвия произнесла:
— Нет. Нет, Галфридиус, спасибо.
Джефф кивнул — телефонная сеть донесет до Фульвии этот кивок — и повесил трубку. Следовало бы позвонить в школу, узнать, был ли Аттиус на уроках.
Мысль о школе заставила его открыть второй ящик стола и вынуть руководство по чрезвычайным ситуациям. Он мыслил, как бюрократ, хотя следовало бы встать на точку зрения школьника: конечно, его собственная школа была такой же казармой, как и школа Аттиуса, но существовала одна штука, способная ввергнуть почтенное учебное заведение в хаос.
Пейджер издал предостерегающий звон, означавший, что расщелина начала открываться. Джефф, сидевший в своем офисе, сегодня дежурил: если на пейджере появится его имя, значит, его очередь идти в приемную. Не дожидаясь этого, он поднял трубку и набрал номер.
— Началось, — сказал он, когда на другом конце ответили. — Двадцать минут.
Бросив трубку, Джефф поднялся и вышел в коридор. Особо лихорадочной деятельности не наблюдалось, но он знал: все силы брошены на то, чтобы удержать новоявленных беженцев в приемной и, что важнее всего, никого, кроме служащих, туда не впускать: охрана была начеку, все входы и выходы автоматически запирались. Джефф с небрежным видом подошел к юго-западному углу, где большинство офисов пустовало, и проверил часы. Едва минуло пятнадцать минут, как он поднялся и включил пожарную тревогу. Вой сирен наполнил воздух.