Кристофер закрыл глаза и слушал медленный, терпеливый шепот воды, но тут Стоун резко стащил наушники с его головы.
— Пошли, Озгерби. Брифинг.
— Что?
— Девять ноль-ноль, Пирретт. Ты что, не читаешь объявлений?
* * *В светлой, теплой и безветренной комнате для брифингов яблоку негде было упасть. Капитан Говард Пирретт сидел за столом на слегка приподнятой платформе. За его спиной темнело пустое ноябрьское небо. Порывы ветра бросали в стекло капли дождя, словно пригоршни камешков. Один из помощников Пирретта положил пленку на проектор.
МЕТКИЙ СТРЕЛОК 83.
— Господа, — начал Пирретт, — и дамы.
Короткие рукава белоснежной рубашки не скрывали его загорелых мускулистых предплечий. Пирретт носил бы эту же самую рубашку, окажись он на мостике крейсера в Карибском море или за столом в Перл-Харборе, который он временно покинул. Прежде чем начать говорить, он дождался полной тишины в зале.
— Операция «Меткий Стрелок 1983», — наконец начал оратор, — не будет похожа на учения НАТО, в которых вы, возможно, участвовали. Отличие заключается вот в чем. Во-первых, в ней примут участие высшие чины. Премьер-министр Тэтчер и канцлер Шмидт. Секретарь Макфарлэйн. Ах да, еще и президент Рейган — он сыграет эпизодическую роль.
Кто-то из младших чинов рядом с Кристофером захихикал.
— Во-вторых, — продолжал Пирретт, — предстоит полномасштабная симуляция запуска термоядерного оружия. Ожидается высший уровень боеготовности.
— Сэр, — обратился кто-то из передних рядов. — А русских проинформировали?
По залу прокатилась волна смеха.
— Зачем, мистер Отис?
— Серьезное дело, сэр. Советское командование предполагает, что Запад замаскирует настоящее нападение под приграничные учения. Они могут запаниковать и нанести превентивный удар.
— В этом и смысл, — Пирретт сделал эффектную паузу. — Довольно интересная концепция. Советские аналитики решат, что началась атака. А наша задача — проследить за их контрмерами и нащупать слабину.
— Черт возьми, — сказал кто-то. — Да ведь это же самоубийство.
— Не наше дело, — Пирретт улыбнулся. — Перед нами стоит задача, и мы должны выполнить ее с блеском.
* * *Когда Сара вошла, Кристофер ужинал, сидя за кухонным столом. Она промокла до нитки.
— Привет, — сказала она, роняя капли с мехового пальто и вешая его на дверь кухни. Ее длинные волосы прилипли к спине, мокрые и черные, с вкраплениями синего и пурпурного.
— Извини, не обращай на меня внимания, — Сара повернулась к умывальнику и принялась вытирать волосы полотенцем.
Кристофер внимательно наблюдал за ней — он всегда это делал, когда представлялась возможность. Высокая (выше, чем он), узкие плечи и бедра. Мокрая и дрожащая, она казалась истощенной. Сара подняла волосы, завернула их в другое полотенце и уложила на голове, открывая затылок. Стройная и ранимая, фиолетовые ногти, подведенные черным глаза. Однажды он видел ее размытый обнаженный силуэт через рифленое стекло ванной. Как будто смотрел на женщину сквозь воду.
— Как там ваш дом с привидениями? — спросила она приглушенным голосом из-под полотенца.
— Ты знаешь, спокойно. Ты ведь сейчас не плавала? В такую погоду?
— Плавала, — она повернулась и улыбнулась ему. — Я плаваю каждый день. Никогда не пропускаю. Сегодня просто великолепно. Прилив и волнение. Потрясающе.
Глубокие карие глаза, настолько большая радужка, что белков почти не видно. После плавания глаза блестели, зрачки расширились. Иногда Кристофер задумывался, не принимает ли она наркотики.
Она дрожала.
— Правда, жутко холодно, — добавила Сара. — Тебе стоит попробовать как-нибудь.
— Я собирался сделать чай. Будешь?
— Хм… да, пожалуй.
Пока он заваривал чай, Сара села за стол и закурила. Они болтали о погоде. Кристофер надеялся, что она останется попить чаю вместе с ним, но этого не произошло.
— Спасибо. — Сказав это, она взяла кружку, поднялась в свою комнату и закрыла дверь.