Когда-то спуфинг подразумевал использование специального оборудования, но с появлением телефонной связи через Интернет и прочих веб-услуг все значительно упростилось. Настолько, что стало по плечу чуть ли не любому. Но не Маккенне. Разбираясь, что к чему, он битый час донимал вопросами конторских мальчиков и девочек. Те, конечно, славно оттянулись, изощряясь в остроумии, — сам «прохвессор» пожаловал к ним за помощью. Маккенна отвечал застывшей улыбкой.
Стоило спалить час, чтобы вникнуть: остальное заняло меньше минуты.
На сайте нашелся даже код взлома для искомого телефона. Когда холодный голос ответил, Маккенна перенабрал последние четыре цифры номера и через пару секунд его соединили.
— Алло?
Маккенна молчал.
— Алло? — повторил голос Темных Очков.
Шеф, хоть и не сразу, установил по своим каналам имя Темных Очков. Завтра с утра он в Федеральном суде, сказали в офисе ФБР. И Маккенна отыскал его: Темные Очки ждал своей очереди давать показания.
— Можно в коридор на пару слов? — Маккенна опустился на стул в последнем ряду зала судебных заседаний. Впереди кто-то заунывно бубнил, судья, казалось, дремал.
— Вы кто? — заносчиво спросил Темные Очки. Сегодня он был без очков, и это его не красило.
Маккенна показал значок.
— Узнаете? Вы были с Морпехом.
— С кем?
— Вы тогда не упомянули, что вы юрист.
— Откуда такие сведения?
— Из вашей конторы. ФБР, припоминаете?
Юрист осторожно отодвинулся, но его подбородок по-прежнему воинственно торчал вперед: первая линия защиты.
— Мне сейчас давать показания по федеральному делу.
— Убийство стирает границы.
На них смотрел судебный пристав. Он ткнул большим пальцем в сторону дверей. В коридоре к Темным Очкам вернулись повадки юриста.
— Мне нечего сообщить вам без официального запроса.
— Хорхе Кастан.
— Я не обсуждаю вверенные мне дела.
Он хотел уйти, но Маккенна будто бы случайно уперся ладонью ему в грудь.
— Вы не имеете права прикасаться ко мне, — возмутился тот. — Пропустите!
Маккенна только головой покачал.
— Вы знаете, что происходит. Клиента вашего, похоже, убили. Второй случай за неделю. А на сайте Американской коллегии адвокатов сказано, что до прихода в ФБР вы занимались иммиграционным правом. Стало быть, должны знать, что потерпевший нелегал. Либо вы глупее, чем кажетесь.
— Вам не удастся втянуть меня в перебранку. Уберите руку…
— Если вы в курсе, что происходит на самом деле, не завидую. Пока вы не докажете, что вопрос действительно по федеральному ведомству и, значит, местные должны отойти в сторонку, с убийством разбираемся мы. Ну? Докажете?
— Я не обязан…
— Нет, обязан.
— Нет ни грана доказательств…
— Это судье расскажешь. Неправильно себя ведешь, адвокат.
— Не знаю, о чем…
— О чем я говорю, да. Я это с утра до ночи слышу. Вы все, ребята, смотрите одни и те же фильмы.
— Я атторней. — Он расправил плечи.
— Угу, а я знаю телефон Коллегии адвокатов. Твое ФБР тебе хрен поможет.
— Я требую, чтобы мне объяснили…
Темные Очки гнул свое, а Маккенна мало-помалу теснил адвоката к мраморной стене, пока тот не ощутил ее лопатками. Тогда его лицо изменилось. Из-под маски юриста вдруг выглянул школьник, которому угрожает шпана. Вот, значит, почему он выбрал юриспруденцию — безопасное царство добрых старых речей и бумаг. Стремился улизнуть из реального мира, где правят бал древние ухватки приматов. Обороняясь, Темные Очки выставил перед грудью дипломат, но этому щиту не достало основательности, чтобы помешать Маккенне ткнуть пальцем в бицепс Темных Очков, на удивление дряблый.
— Отбивай подачу, законник.
— Как адвокат…
— Адвокат? Скотина ты продажная. И нашим, и вашим за бабки спляшем. Нравится стишок?
— В таком оскорбительном тоне говорить отказываюсь, — повторил затверженное Темные Очки и вновь вздернул подбородок. Правая рука Маккенны сама собой начала подниматься, сжимаясь в кулак, до того ему захотелось двинуть его в челюсть. В этот самый подбородок.
— Ты с пол пинка додумал, что надо искать Хорхе. Или его знакомых. Как так?
— Мне… мне пора.
— Погоди… если умный. Одна из его знакомых тоже нелегалка. Может, ты собрался по такому случаю запереть ее?
— Это ваши досужие измышления…
— Да вряд ли, судя по твоей физиономии. Нет, ты шестерка. При какой-то шишке.
— Мои подопечные и дела в Бюро…