— Но с каждым его ударом «Секира» немного теряет ход, — вмешался Гай. — Наша система не совершенна. Нам нужно...
— В мире вообще нет совершенства, мой друг, — перебил его Тордрал, поднимаясь на ноги. — У тебя не хватает половины зубов, Уорд проклинает свой геморрой каждый раз, когда идет в туалет, я вижу хуже крота, а спиральная роза, которую мы избрали своим знаменем, выглядит как жертва инквизиции. И все же мы живы, и это главное. Остальное не имеет значения. — Тордрал слегка откашлялся и добавил уже совсем другим тоном: — Регулировщики поступают в распоряжение начальника лучников и канониров. Как только начнет светать, мы двинемся в Страну Фейри.
СтрелокНебо на востоке только-только начало светлеть, а «Секира» уже шла на север, уверенно рассекая темные воды озера Дервентуотер. От ее носа бежали по водной глади легкие волны, а сзади тянулся шлейф дыма и искр.
— До конца озера четверть мили, — доложил Ренар.
— Портал близко, — сказал Тордрал. — Пусть все сядут на палубу чтобы не упасть. Сержант, что у тебя?
— Бомбарда заряжена, фитили зажжены.
— Старший стрелок Уорд?..
— Шестеро огнестрельщиков с ручницами готовы, запасное оружие заряжено, фитили горят. Четверо лучников могут начать стрелять в любую минуту.
— Хранитель пара?
— Все в порядке, мастер, — отозвался из рубки Грейс. — Лил и Джоан только что подбросили новую порцию дров в топки.
— Пороховой погреб?
— Две зарядных каморы для бомбарды снаряжены, — пробасил Мег. — Энн и Мэри готовы перезаряжать ручницы по мере надобности.
Уорд тем временем уселся на палубу, положив меч на колени. Как ни странно, он не испытывал страха, хотя они и пытались сделать то, чего никто до них еще никогда не делал. Впереди ждала неизвестность, но Уорд был уверен: мастер-оружейник и «Секира» позаботятся и о нем, и обо всех остальных. «Тордрал — скрученный стебель, — думал он, — а «Секира» — выросший на нем цветок».
— Слушайте! — крикнул тем временем Тордрал, и все головы повернулись к нему. — Нам предстоит вступить в схватку с целым миром, и должен сказать откровенно, что это будет нелегкая битва. Я уверен в вас, но можете ли вы доверять мне, если ни один из вас ни разу не видел моего лица? Чтобы исключить все сомнения, я намерен впервые за семь лет поднять забрало своего шлема.
— Мы видели ваши дела, мастер, нам этого достаточно! — возразил Уорд, но Тордрал упрямо покачал головой и взялся за шлем. В следующее мгновение все, кто был на палубе, увидели лицо мастера. Оно было бледным, худым и... странно знакомым.
— Бог мой, это же сэр Джеральд! — воскликнул Грейс, всматриваясь сквозь сумерки в тонкие, почти скульптурные черты.
— Сэр Джеральд никогда не был таким красивым, — уверенно возразил Ренар. — Я француз, и я подозревал... Только родная сестра могла так ловко сыграть на чувствах нашего уважаемого рыцаря.
Несколько мгновений никто не произносил ни слова, только мерно стучало железное сердце «Секиры».
— Да, я — Мейлиен, — произнес оружейник. — Все семь лет, пока я жила в монастыре, я оставалась только сестрой Джеральда и могла рассчитывать лишь на сочувствие и жалость. Тогда я скрыла свое тело под кольчугой, спрятала лицо под забралом и превратилась в Тордрала. Это он собрал вас здесь и построил чудо-корабль. Как видите, все готово, чтобы нанести ответный удар, но если кто-нибудь из вас не хочет, чтобы им командовала женщина, тот пусть прыгает за борт и плывет к берегу... пока еще есть время.
— Женщины умеют прекрасно командовать, — сказал Ренар. — Я сражался в войске Жанны Армуазской3
— И наверняка пытался за ней приударить в промежутках между сражениями, — ухмыльнулся Уорд. — Я с вами, госпожа Мейлиен.
— Одна вы способны завоевать половину нашего мира, — подал голос Грейс. — Но чтобы выстоять против мира фейри, вам понадобится кое-какая помощь. — Он усмехнулся. — Кроме того, я уже стар, а вода очень холодна.
Еще несколько мгновений все молчали, испытующе глядя друг на друга, потом Уорд сказал:
— Никто не хочет прыгать, госпожа.
— Река! Я вижу ее!— крикнул Ренар.
— Внимание всем! — воскликнул Тордрал-Мейлиен. — Порталы или врата, ведущие в Страну Фейри, чаще всего находятся в пограничных местах. Рубеж, где озеро Дервентуотер переходит в реку Дервент, как раз является одним из таких мест, а предрассветные сумерки — единственно возможное время для перехода из одного мира в другой.