Перед тем как Бауэр захлопнул за собой дверцу, Ланге успел поймать его за локоть:
— Ну что? Тебе опять везет? Уносишься в компании валькирии-блондинки, а нас оставляешь глотать русский снег?
— Руди, будь моя воля...
— Да это я так, в шутку. Береги себя, Эрих.
Бляйхродт тронул рычаг газа, лопасти винта слились в один призрачный диск, и вездеход умчался, осыпав капитана тучей снега.
Передвигаться в аэросанях оказалась вовсе не так комфортно, как выглядело со стороны. Аппарат то и дело дергался и подпрыгивал на неровностях, а надсадный рев установленного практически открыто двигателя заставлял общаться криком. Проникающий сквозь пулевые отверстия в лобовых стеклах ветер больно стегал по лицу. У Бляйхродта, который вел вездеход, слезились глаза, но фельдфебель в присутствии грозной эсэсовки не смел не то что их вытереть, но даже на секунду снять хотя бы одну руку с руля.
Штурмбанфюрер сидела по правую руку от цепенеющего вояки и упрямо старалась заправить свои длинные волосы под подобранную где-то шапку. Наконец ей это удалось. Облегченно вздохнув, девушка повернулась к вцепившемуся в спинку ее сиденья Бауэру:
— Обер-лейтенант, три вопроса. Первый: ваша кровь чиста?
Бауэр слегка удивился, но твердо прокричал в ответ:
— Я чистокровный ариец.
— Отлично, — штурмбанфюрер удовлетворенно кивнула. — Другим опасно работать с нашим оружием. Вопрос второй — ваш фельдфебель. Он ариец?
— Я ненавижу русских унтерменшей, — выкатив глаза, заявил Бляйхродт. — Регулярно читаю «Майн кампф»!
— Ненавидеть и читать мало, — отрезала девушка. — Мне не вполне нравятся пропорции вашего черепа... Впрочем, выбора у нас все равно нет.
— А еще вопрос, герр штурмбанфюрер? — посмел напомнить Бауэр. — Вы сказали, что у вас ко мне их три...
— Третий вопрос, — фройляйн Вернер подняла глаза чуть выше лица обер-лейтенанта: туда, где в турели трясло в обнимку с пулеметом Хартмана. — Третий вопрос...
Голова ефрейтора вдруг взорвалась россыпью кроваво-красных капель. Обмякшее тело рвануло назад и буквально вышвырнуло за борт.
— ...Третий вопрос отпал, — спокойно сообщила девушка. — Фельдфебель, прибавьте газу. Не то следующий выстрел снайпера достанется вам.
Бляйхродт испуганно сгорбился и выполнил приказ — погнал вездеход вперед с такой скоростью, что, казалось, сани летят над степью.
— Разрешите и мне, госпожа штурмбанфюрер, — снова набрался смелости Эрих, ошарашенный как внезапной смертью боевого товарища, так и полным презрением к ней со стороны спутницы.
— Слушаю вас, обер-лейтенант.
— Мы направляемся в Тингуту с донесением?
— Мы направляемся туда в качестве главной ударной силы вермахта на данном участке фронта.
— Разрешите еще один?
— Слушаю.
— Как вас зовут?
Девушка нахмурилась, потом, видимо, решила, что дерзкий обер-лейтенант просит не так уж много. Как-никак там, в ложбине, он спас ей жизнь.
— Эльза, — ответила штурмбанфюрер. — А вас, обер-лейтенант Бауэр?
— Эрих.
— Хорошее имя.
Аэросани вылетели на очередной пригорок, и Бауэр едва сдержал стон. Перед ними раскинулось поле, до отказа заполненное русскими войсками. Танки, орудия, грузовики, пехота и даже всадники...
— Механизированная бригада Советов, — перекрывая рев двигателя, прокричала в самое ухо лейтенанта девушка. — Похоже, Бауэр, наша дивизия отрезана!
— У нас хорошая скорость, госпожа штурмбанфюрер. Успеем уйти?
— Что вы, обер-лейтенант. Сейчас мы уничтожим весь этот сброд, — совершенно серьезно заявила Эльза.
— Одним пулеметом?!
— Разве я сказала что-то про пулемет? Помогите мне расчехлить орудие. А вы, фельдфебель, сбросьте обороты двигателя.
* * *Непостижимое спокойствие девушки буквально завораживало обер-лейтенанта. Пусть им суждено умереть — в присутствии такой красавицы Бауэр решил сделать это красиво. Главное, оставить последнюю гранату — для них с Эльзой.
Признаться, чехол поставил лейтенанта в тупик. По крайней мере, раньше офицер вермахта не сталкивался с тем, чтобы орудия зачехляли не грубым брезентом, а тонко выделанной кожей, изукрашенной непонятными надписями и многоконечными звездами. Он даже обернулся к Эльзе, надеясь спросить ее о том, что за оружие установлено на вездеходе, но в ответ получил лишь приказ поторапливаться.
Под чехлом оказался не пулемет и не пушка. Такого устройства обер-лейтенанту прежде видеть не доводилось. Объемистый серебристый кожух соединялся с расширяющейся трубкой большим прозрачным кристаллом. Вот и все орудие...