Богорад с интересом посмотрел на молодого технаря, потом на предмет зависти. Граненые глазищи насекомого отливали бирюзой.
- Вы со стороны затылка взгляните, - посоветовал Глеб.
- А где у нее, простите, затылок?
- А нету. Одни глаза. Под ними, как видите, пусто.
- Это что же вы... безмозглости завидуете?
- Да, - отрывисто сказал Глеб, гася окурок о край урны, причем в непосредственной близости от стрекозы. Та не шелохнулась. - И дорого бы отдал, чтобы стать безмозглым.
Взгляды их снова встретились. «Да знаю я, кто ты такой... - устало подумал Глеб. - А уж ты тем более знаешь, что я знаю... Тут жить-то осталось всего ничего, а мы комедию ломаем!»
Такое впечатление, что Богорад прочел его мысли. Дружески улыбнулся («Так ведь и ты знаешь, что я знаю, что ты знаешь...») и вновь сосредоточился на стрекозе, пристально изучая то место, где фасетчатые глаза неплотно прилегали к тулову.
- Действительно, пусто, - согласился он. - Тем не менее одно из самых древних существ. Динозавров пережило...
- И нас переживет, - мрачно закончил Глеб.
- Без мозгов?
- Именно поэтому...
Над бетонной стеной вдалеке вздулся гигантский прозрачный купол. Он менял форму, то опадая и становясь византийски покатым, то яйцеобразно вздымаясь на манер итальянского. Затем распался.
- Ни хрена себе стайка! - заметил Богорад. - Как будто предчувствуют, правда?.. А что, интересно, по этому поводу говорит наш общий друг Лавр Трофимович?
- Ничего не говорит. Стрекозы - не его специальность.
- Да? А мне казалось, он и со стрекозиного переводит...
Глеб насупился и не ответил. Видя такое дело, боец невидимого фронта решил сменить тактику.
- Хотите пари? - неожиданно предложил он.
- На что?
- На коньяк, разумеется. Не на шампанское же.
- Нет, я имел в виду: о чем спорим?
- Если с нами ничего не случится, вы ставите мне бутылку «Хеннесси». Дайте руку...
Глеб подал ему вялую руку.
- Разбейте.
Глеб разбил. Пари было заключено.
- Ну-с, молодой человек, - ликующе объявил Богорад. - Вот вы и попались. Если планета уцелеет, вы мне ставите коньяк. А если и впрямь взорвется... Кто вам коньяк ставить будет, а?..
Все это было настолько глупо, что Глеб не выдержал и улыбнулся.
- Вот и славно, - сказал контрразведчик. - А то сидит тут... бука такая.
* * *Собственно, Богораду и ему подобным надвигающийся конец света особых забот не прибавил. Секретная информация имела настолько сенсационный характер, что ее, чуток приукрасив, можно было безбоязненно выкладывать в Интернете. Да и выкладывали все кому не лень. Учиняли ток-шоу, приглашали уфологов, экстрасенсов, прочих проходимцев. Иногда на телепередаче присутствовал отставной космонавт. Сидел со страдальческим видом и откровенно ждал конца представления.
Официальные источники хранили брезгливое молчание, а если какой-либо особо прыткий журналюга, окончательно утратив стыд, прямо просил представителя власти выразить мнение относительно угрозы из Космоса, тот обыкновенно морщился и либо оставлял без ответа, либо срывался: какой Космос? О насущном думать надо! Нефть вон опять дешевеет...
Ученые также вели себя согласно инструкциям. С академическим спокойствием признавали, что да, обнаружен на внешних границах Солнечной системы излучающий объект, движущийся приблизительно в нашем направлении, каковой объект следует, пользуясь случаем, всесторонне изучать, а не устраивать по этому поводу неподобающей шумихи. Что же касается самочинных попыток расшифровки так называемых радиопередач, то тут затруднительно что-либо сказать наверняка. Это не к астрофизикам. Это к психиатрам.
А что еще оставалось делать? Взять и объявить во всеуслышание, что Земля, скорее всего, просуществует от силы месяц... неделю... день... Привести в полную боевую готовность все имеющиеся вооруженные силы... Зачем? Для борьбы с паникой, которую ты сам и вызвал дурацким своим признанием?
* * *- Как насчет того, чтобы ящик посмотреть? - полюбопытствовал Богорад. - Вы ведь, насколько я понимаю, смену свою на телескопе сегодня отбыли...
Глеб сделал над собой усилие и разомкнул губы.
- Настроения нет, - безразлично выговорил он.
- А его и не будет, - утешил Богорад. - Вставайте, вставайте! Помните притчу о двух лягушках? В банке со сметаной.
Притчу Глеб помнил, однако смолчал.
- Одна сообразила, что из банки им ни в каком разе не выбраться, сложила лапки и утонула, - напомнил жизнелюбивый собеседник. - А вторая продолжала барахтаться. И сбила из сметаны масло...
Интересно, когда лопнет земная кора, хлынет магма, полыхнут города - он и тогда останется живчиком? Кстати, вполне возможно. Их ведь там наверняка специально школят: что бы ни стряслось, храни спокойствие, внушай уверенность, пошучивай себе...