Да... В общем, эта версия образования Капкана - и по моему мнению тоже, пожалуй, - самая непротиворечивая и логичная. Слышала я и другие версии. Не хочу повторять.
Ну, а когда на этом дистрофике-Капкане, максимально увеличенном корабельным телескопом, мелькнула какая-то блестка, гид флегматично прокомментировал:
- Вымпел древней, давно исчезнувшей расы. Предположительно, бородавочной расы Жо - ну вот так она называется! Зонд года три назад успел передать. Перед тем как в дыру ссыпался. Опять же как он, вымпел-то этот, там оказался и когда... Никто не знает. Экспедицию за ним туда организовывать не собираются. Никто не раненый. В голову...
- Да-а... - протянул кто-то из толпы выпускников, - представляю, сколько этот артефакт тут стоил бы!..
Все им - деньги, деньги!.. Ох уж эта современная молодежь! А Клим, этот гад, возьми да и ляпни мне, заговорщицки так, вполголоса, чтоб никто не слышал:
- А что, Касс, сгонять за ним - слабо?
Типа пошутил. Отвернулся и забыл. И главное, знал поганец, на какую мозоль наступать! Впрочем, дело-то, конечно, не в нем. Тоже мне - подстрекатель! Мы и без него до этого допёрли бы. И очень быстро.
Эх, видели бы вы мою комнату дома, на Земние! Вдоль всех стен и до самого потолка - широкие полки. Кое-где они и с потолка свисают. И все сплошь уставлены вымпелами! Всех рас и народов! Ну, не вообще всех, конечно, - каких я только смогла достать (и в подарок мне из командировок привозили). Как палео-, исчезнувших цивилизаций, так и современных. И каких там у меня только нет!.. Всего девять тысяч пятьсот девяносто девять. Внушительная коллекция, в общем.
Одного вымпела до круглого счета не хватает...
Девять тысяч шестисотого.
Я посмотрела на Склифа. О, он знал этот взгляд!
Если бы роботы могли бледнеть, он сделался бы тогда, наверное, как белый карлик. Да еще и свинцовыми пятнами пошел бы. Его бы, вне всякого сомнения, сначала в жар бросило, потом - в мороз, и он облился бы напоследок холодным потом. Но цвет лица моего андроида никак не изменился (чему я была очень рада), и никакого потовыделения за этим не последовало. Он только отрицательно замотал головой, а в его стеклянных глазах появились неописуемый ужас, отчаяние и мольба. Я знаю, что они там появились.
Я его насквозь вижу!
* * *- Касс, повторяю и очень прошу, давай вернемся, пока не поздно: пока мы еще не прошли точку невозврата, - ныл и скулил Склиф. - Ведь вероятность нашего успеха составляет...
- Восемьдесят пять с половиной процентов она составляет! - сварливо перебила я. - Сам же считал.
- Вот именно! Но этого мало! Да и то это только для траектории спуска. Для обратного пути вообще неопределенность! Позволю себе напомнить, что, согласно актуальным нормам космоплавания, человеческие экспедиции посылаются только после достижения девяностовосьмипроцентного уровня гарантии безопасности...
Я промолчала. Я уже устала посылать его туда, куда он все равно не пойдет (получил от мамы строжайший приказ не отходить от меня ни на шаг!). Зануда. Доведет - отключу ему на фиг речь!
Темная громадина нашего косморобуса под романтическим названием «Желанный остов» стремительно падала в звездную даль. Ничем здесь не освещенный, круизный лайнер обозначал свои очертания только огнями мириад иллюминаторов да десятком мигающих опознавательных маяков. И к тому же был окружен роем всяческой мелюзги: прогулочные катерки, яхты, шлюпочки, челночки... Народ отдыхал... Выпускники и отпускники, как говорится.
А что? Водительские права у всех есть! Уже. Пусть погуляют поблизости! Пока корабль полсуток «на приколе». До черных дыр все равно миллиард с гаком километров, дрейфует он мимо них на скорости, заведомо достаточной, чтобы быть гравитационно не связанным с их системой - далеко за скоростью убегания... А уходить от косморобуса (а тем более соваться к черным дырам) - так никто ж не раненый! Ну да, объявили, конечно, для порядка, что удаляться от корабля на расстояние больше девяти миллионов километров не рекомендуется - и все. А там - сами грамотные. Понятно, это расстояние, на котором, даже если у тебя кончится горючка и ты будешь не очень сильно дрейфовать относительно корабля, то последний тебя, в конце концов, притянет своей гравитацией. Он, корабль этот, достаточно массивен для такого. Разумеется, это - самый крайний по своей тупизне вариант спасения: на случай, если на корабле все вымрут, сойдут с ума и там всё поломается. А так - за тобой просто прилетят с лайнера и заберут.
Но не от черной же дыры!
Двух.
Хорошо еще, что в корабельном ангаре, в секторе стоянки всякой прогулочной мелочи, никто так и не заметил, как мы грузили в свой смердолетик четверной запас планетарного топлива: бак-то его столько не вмещает. А то бы вопросы пошли всякие... Зачем да почему?! Врать бы пришлось. И вряд ли бы это сработало. Слова «молчи!» и «убью!» были самыми мягкими, что я тогда говорила Склифу. Мы ведь все спланировали: смотаемся туда-обратно - никто и не заметит! Часиков за пять-шесть справимся! Я спланировала.