У меня снова глюки или его голос действительно какой-то не его? Я посмотрела на координаты звезд и сглотнула. Они... не совпадали с их современными координатами, введенными в навигацию. На какие-то ничтожные миллисекунды, но далекие звезды были сдвинуты со своих привычных положений.
- Координаты соответствуют положениям звезд двухлетней давности, - прокомментировал все и сразу калькулирующий Склиф.
- И это значит, - заключила я с наигранным оптимизмом, - что мы только что совершили захватывающее путешествие в прошлое!
Так... Приплыли. Это чудо инопланетных технологий потратило избыток своей заковыристой энергии на перемещение нас во времени. А что?! Вы ж не захотели строить сферу обитания в недрах планеты! Посмотрите тогда на прошлое!
Ну, и что теперь прикажете делать? Здрас-сте, я из будущего?
Ничего себе выпускной...
Но я, знаете ли, - не зря дочь звездного сейсмолога. Мое оцепенение длилось недолго.
- А скажите-ка мне, дети, - опять обратилась я к одноандроидной аудитории, - в какой системе мы находимся?
- Система РКТ-9356 по сводному каталогу MAP, - отрапортовал Склиф, - состоящая из двух черных дыр массами три с половиной и три целых четыре десятых солнечных и железной планеты Капкан, массой...
- Достаточно, - прервала я. - Ключевые слова: черные дыры. А что у нас происходит со временем, согласно релятивистской теории, в сильных гравитационных полях?
- Согласно релятивистской теории относительности, в сильном гравитационном поле время для внешнего наблюдателя останавли...
Он не закончил свой исчерпывающий ответ. Догадался. О причине моих наводящих вопросов.
- ...вается, - закончила я.
Если бы роботы могли бледнеть... Ну, дальше вы знаете: он только отрицательно замотал головой.
- Есть другие предложения? - вкрадчиво поинтересовалась я. - Воздух и провизия у нас тут, между прочим, не бесконечные. А появляться в этом времени мы не можем: думаю, у тебя в памяти сохранены сведения о всяких там хронологических парадоксах, катаклизмах...
Короче, мой план был предельно «прост»: пролететь на достаточно близком расстоянии от черной дыры. Достаточно близком для того, чтобы ее поле тяготения перенесло нас на два года вперед. В наше время. А другого выхода все равно нет. Пролет сквозь черную дыру, можно сказать. Если играть на киношную публику.
Ну, артефакт мы, конечно, можем оставить - не таскать же его за собой?! Мы ж не совсем уже раненые (хоть и стукнутые, конечно). Что ему сделается тут за два года? Он и с места не сдвинется на этой орбите! Почти. Есть вероятность, разумеется, что найдут и упрут. Но я потом его разыщу, и пусть только попробуют не отдать! Убью! Уж теперь я этот мой девять тысяч шестисотый вымпел не выпущу - из-под земли достану.
Велела я, значит, Склифу рассчитать точное время до того, как сюда прибудет наш косморобус, ну и, соответственно, точное расстояние, на котором мы должны пройти от одной из черных дыр. Чтобы появиться после пролета - на другой ветви траектории - именно в том, нашем, времени. Побитые движки смердолетика Склифу, естественно, придется так-сяк починить. Ну, в смысле, нам придется. Горючка? Тут надо подумать... Из скафандров наскребем... может, и часть запасов воздуха придется пожертвовать на реактивный эффект. А что делать? Нужно же как-то направить эту калошу на курс истинный. И подтолкнуть еще. Иначе из этой затеи ничего не выйдет.
В этом, в общем-то, и состоял мой очевидный для каждого старшеклассника план. Умного, правда, старшеклассника.
Мне про такое, собственно, еще папа рассказывал, когда мы с ним отдыхали на привале, путешествуя по ночной стороне одной «горячей суперземнии». Страшилки на ночь, так сказать. Это уже было на уровне баек... И в основном относилось к эпохе древних, медленных межзвездных перелетов. Ну, там - угодил звездолет к черной дыре или нейтронной звезде, и помощи ему ждать несколько лет. Так экипаж, чтоб сократить это время, берет да и проносит свой корабль в непосредственной близости от соответствующего компактного объекта... От черной дыры или нейтронной звезды, в смысле.
Но об этом я уж точно маме не скажу! Будет с нее на первый раз потрясений... А с меня - того, что я услышу ото всех по возвращении. О себе.
Не буду вам рассказывать, как и сколько мы клепали наш... космолет (кое-какой инструментарий и запаски мы с собой с косморобуса тоже прихватили - не салаги!) и какие выражения я при этом употребляла. Склиф не удивлялся и не обращал внимания: у него все эти слова давно были в Разрешенном (для меня!) списке. Может, он расскажет об этом когда-нибудь, перед переплавкой, в каких-то своих кибермемуарах.