— Ага, — подтвердила Нашира. — Кстати, ты не забыл обновить свое завещание? — Дэвид сглотнул, внезапно вспомнив, что говорила Нашира о рискованности своей профессии. Она усмехнулась, увидев его лицо. — Вот он, истинный дух разведчика Оси. Рада была с вами познакомиться, сопляки! — воскликнула она, когда корабль взлетел с направляющей и нырнул в Ось. Дэвид крепко зажмурился и снова пропустил момент перехода.
Через несколько секунд, осознав, что все еще жив, он осмелился открыть глаза — и тут же ахнул при виде зрелища, открывшегося ему на круговом экране кабины. Там, перед самым носом корабля, широко раскинулся Млечный Путь с четко различимыми двумя главными спиральными рукавами и центральной перемычкой. Чуть в стороне виднелись оба Магелланова Облака — два световых сгустка неправильной формы с бледной, едва различимой полоской между ними. Он посмотрел в другую сторону и увидел россыпь красно-оранжевых солнц — шаровое звездное скопление в нескольких тысячах парсеков справа и впереди от корабля.
— Ух ты! — воскликнул он. — Видишь, Нашира? Это наш первый прыжок, а мы уже нашли такую красоту! Какие у нас были на это шансы?
Она закатила глаза:
— О, примерно 4999 из 5000. После прыжка мы можем попасть в любое место внутри гало, а галактики составляют одну пятидесятую процента от этого объема. Я такое вижу каждый чертов день. И не только я, но и туристы, которые летают в сотни точек выхода с похожими видами. Но не как попало, а только в те, где поблизости есть звезды и можно разместить туристические заведения и проводить экскурсии. А здесь нам еще повезет, если мы отыщем пылинку в пределах парсека.
У Дэвида вытянулось лицо. Нашира занялась пультом управления:
— А теперь давайте возвращаться, пока не потеряли луч.
Дэвид опустил ладонь на ее руку:
— Подожди. Мы можем здесь чуточку задержаться? Ведь этой мой первый прыжок.
— И мой первый на сегодня. Мне еще надо проверить кучу векторов.
— Пожалуйста. Разве ты не помнишь, что ощутила, когда увидела такое впервые?
Она вздохнула:
— Ладно. Думаю, вреда от этого не будет.
— Э-э… мы ведь сможем вызвать эвакуаторов после того, как отключится луч?
— Да, пока у нас есть квантилопы.
Дэвид упивался зрелищем, пока лазерный луч, державший открытой «дверь» вдоль вектора их прыжка, не отключился примерно через четыре минуты. Когда досперхаги случайно обнаружили Ось тысячелетия назад, они потеряли много зондов и кораблей во время межзвездных путешествий в один конец, пока не открыли «эффект луча». Это простое открытие сделало Ось пригодной для межзвездных полетов и начало объединять Галактику. В результате досперхаги стали одной из самых процветающих и влиятельных рас Галактики — хотя особенности биологии (планета с малой силой тяжести и бедная металлами) ограничивали их возможности. Поэтому они с удовольствием делили бремя управления Осью с другими. Дэвид взглянул на свои приборы, надеясь, что их показания породят еще одну простую революцию — для блага всех, но от имени человечества. Нашира заметила этот взгляд.
— Ладно, почему бы и не спросить: в чем суть твоей великой теории о том, как работает Ось?
Дэвид улыбнулся, радуясь ее интересу, пусть даже поверхностному.
— Идею я взял у физика двадцатого века, его звали Ричард Фейнман. Он считал, что каждая частица во Вселенной — на самом деле одна и та же частица, бесконечно скачущая туда-сюда сквозь пространство и время. Ну а по моей теории, каждая частица во Вселенной — это лишь поперечное сечение одной большой космической струны, а Ось — нечто вроде клубка, где все эти пути пересекаются. Векторы Оси — это пути, которые выбирают струны. Поэтому если я смогу идентифицировать сигнатуры струн и понять, как они пересекаются, мы сумеем предсказать, где именно выйдет вектор Оси!
Нашира долго смотрела на него, пока Дэвид не спросил:
— Я понятно говорю? Тебе надо что-то объяснить?
Она обернулась к Райньяну:
— Знаешь, Райньян, я должна перед тобой извиниться. На сей раз ты оказался прав. Ты нашел первосортного психа.
Райньян прихорошился и почистил перышки:
— Я приношу тебе только лучшее, птичка моя.
— Для вас это звучит безумно только потому, что эта теория не признана в Галактике, — пояснил Дэвид. — Но ее необходимо проверить!
— Я всего лишь водила. Играй со своими приборчиками, сколько хочешь, мне плевать. Что бы эти железяки ни показывали, это не моя проблема.
Дэвид усмехнулся:
— Ты заговорила так, словно вот-вот произойдет что-то плохое. И что с нами может случиться?
— Ничего. Неважно. — Нашира кашлянула и направилась к рубке связи. — Я вызываю эвакуаторов.