— Что это у тебя? — услышал Марк взволнованный голос за спиной.
Марк быстрым, мягким движением спрятал камень в карман и обернулся. Уже знакомый Марку откатчик со странной жадностью смотрел на его руки. Лицо откатчика было белым и безволосым. Скорее всего, он родился и жил на Грейде — планете, единственный материк которой, а по сути — большой остров, находился в зоне нескончаемых туманов и дождей. Грейда была очень теплым, сырым и сумрачным миром, жители которого почти никогда не видели лика собственного светила и не стремились повидать светила иные. Интересно, как и когда он сюда попал?
— Я был неосторожен и немного поранился, — Марк показал свежую ссадину на тыльной стороне левой ладони, которую действительно получил несколько минут назад.
Интерес в глазах откатчика мгновенно угас.
— Нужно быть осторожнее, — пробурчал он и потащился к своей спальной камере.
— Как тебя зовут? — окликнул его Марк.
Откатчик обернулся.
— Зачем тебе мое имя?
— Взамен тех имен, которые мне придется забыть здесь навсегда.
Откатчик помолчал, потоптался на месте, а потом хрипло рассмеялся и пошел прочь.
— Гланс, — сказал он, прежде чем свернуть за угол. — Попытайся его запомнить, если тебе это действительно поможет.
За несколько минут до того, как в жилом секторе отключили свет, на койку Марка присел Бэкетт.
— Ты ничем не хочешь поделиться? — поинтересовался он. — Я спрашиваю только для того, чтобы узнать: не нужна ли тебе помощь?
— Пока нет. Но все равно спасибо. Думаю, очень скоро твоя помощь действительно потребуется.
Бэкетт пристально смотрел на Марка, и в глазах его плескалась надежда.
— Удачи тебе…
Марк спал крепко и без сновидений, проснувшись полным бодрости. А потом целый день в своем штреке старательно имитировал напряженную деятельность, считая часы и минуты до окончания смены. Когда же таймер сообщил, что пора заканчивать, — ждал еще некоторое время, пока его штрек минуют возвращающиеся в жилой сектор шахтеры и откатчики. Текли минуты, но в штольне совсем неподалеку все еще слышались шорох и каменный стук. Потеряв терпение, Марк выбрался из штрека и увидел откатчика Гланса, возившегося возле своей «гусеницы».
— Что ты здесь делаешь, Гланс? — удивился Марк. — Рабочее время закончилось.
— Я мог бы задать тебе тот же вопрос, — пробурчал он.
— Иду на встречу со смотрителем Лоддом, — сказал Марк. — Надеюсь, ты не возражаешь?
Гланс не стал отвечать или не нашелся с ответом. Он неподвижно смотрел в спину Марка, пока тот не скрылся в боковом туннеле.
Спуск на нижние ярусы Марку был прекрасно знаком, он без труда отыскал нужный поворот и уверенно двинулся дальше, следуя полученным от Луиса указаниям. Отмеченный желтым кругом туннель оказался прямым, длинным и не имел боковых ответвлений. Марк отсчитал уже более сотни шагов, но свет фонаря по-прежнему рассеивался во мраке, не достигая материальной опоры. Но зато Марк чувствовал, что по мере его продвижения температура заметно падает.
Стены туннеля внезапно раздались в стороны, и Марк оказался в просторной пещере. На противоположной стене под лучом фонаря что-то блеснуло.
— Луис! — негромко позвал Марк и сделал несколько шагов вперед.
Внезапно темнота вокруг наполнилась движением. Крепкие руки схватили Марка, вспыхнул яркий свет. Марк непроизвольно зажмурился, а когда раскрыл глаза, увидел перед собой Луиса, а рядом с ним — смотрителя рудника Лодда. Марк с усмешкой подумал: брякнув Глансу первое, что пришло в голову, он удивительным образом угадал.
— Прости, Марк, — сказал Луис. — Я отговаривал тебя, как мог. Но ты не желал ничего слушать, а я не мог допустить, чтобы пострадали люди, увлеченные твоими безумными планами.
Марк молчал.
— Вы неплохо начали здесь, молодой человек, — заговорил Лодд с фальшивым сожалением. — Я надеялся, что вас ждет успех. К сожалению, люди вашего типа мне хорошо знакомы. Вы относитесь к категории скрытых безумцев, не способных принять реальность и использовать ее на свое благо. Вы опасны, как пораженная болезнью клетка здорового организма. В таких случаях единственный способ лечения — немедленное удаление.
— Что вы собираетесь со мной сделать? — спросил Марк.