— Он жив?
— Конечно. Зачем его убивать? Вы же не собирались захватить эту планету.
— А разве это возможно?
— Разумеется, нет. Но тех, кто приходит к нам с такими намерениями, мы «вознаграждаем» соответствующим образом. Ты знаешь.
— Я прошу прощения, Лиза. За человечество.
— Не стоит, братишка. Ты всегда был сентиментален. Ничего, когда-нибудь ты вернешься сюда, и мы еще наговоримся.
— Ты серьезно?
— Я СМЕРТЕЛЬНО серьезна, Дэви. — Противореча собственным словам, Лиза лукаво улыбнулась. — Однако если ты хочешь уйти, тебе пора.
— Мне жаль… — Дэвид замялся.
— Все в порядке, Дэви, — теперь в голосе Лизы звучала неподдельная нежность. Она сняла очки, и Дэвид увидел родные карие глаза. Но одновременно было в их выражении что-то такое, от чего у него мурашки побежали по спине. — Ты ни в чем не виноват. Наверное, так будет лучше. Твой друг уже узнал все, что хотел узнать. Ты должен ему доверять: он один из немногих, кто никогда не предаст. И все же жаль, что тебе нужно уходить, Дэви. Я так много желала тебе рассказать. И о многом хотела спросить…
Дэвид поднялся. Он чувствовал, что действительно пора. Было бы приятно задержаться и поболтать с Лизой, но каким-то образом он знал, что остаться здесь можно только навсегда, а к этому он пока не готов.
— Я должен многое сделать, прежде чем смогу вернуться… — произнес он с виноватой улыбкой.
И все вокруг снова утонуло в сиянии. Дэвид непроизвольно прикрыл глаза руками, но это не помогло. Казалось, источник света находится внутри его головы.
— Удачи, Дэви! — долетел к нему из невообразимой дали голос Лизы.
Потом исчезли все звуки, и Дэвид почувствовал, что падает в бездну, но не испугался. Видимо, произошло слишком многое, и он на какое-то время утратил способность бояться. Он падал, свет погас, он летел в темноте к какой-то неведомой цели и оставался при этом совершенно спокоен. Все в порядке, только он устал, смертельно устал, и уже безразлично, где и чем закончится его падение.
Оно завершилось на том же песчаном пляже, откуда началось путешествие в страну мертвых. Кто-то толкнул его в плечо, и Дэвид открыл глаза. Над ним склонился Билл. Он весело подмигнул напарнику, но ничего не сказал. Дэвид осторожно пошевелил пальцами. Затем оперся руками о песок и сел.
Море и пляж остались прежними. Идеальные волны с гребешками белой пены все так же монотонно, с тихим плеском омывали берег. На морской поверхности играли солнечные лучи. Все так же уходили в море две колеи — следы вездехода, и так же возвышался в отдалении еще один вездеход. Странно, но Дэвид обрадовался ему: машина казалась единственным островком обычной человеческой жизни в странном мире. Мысль насмешила.
— Ого, ты улыбаешься, парень! — воскликнул Билл. — Значит, все в порядке?
— Пожалуй, да, — Дэвид встал.
Он чувствовал слабость в коленях, но голова уже не кружилась. Он поискал пистолет, но не нашел его. Билл, улыбаясь, протянул ему оружие.
— Ты тоже… — Дэвид не закончил фразу.
Все, что случилось с ним сегодня, казалось настолько невероятным, что он не знал, как об этом рассказать.
Но Билл спокойно кивнул:
— Да, приятель. И это было чертовски странно. Когда я увидел тебя здесь, то подумал, что ты решил остаться. К счастью, ошибся. Что ж, давай выбираться.
Дэвид кивнул. Иррациональное чувство опасности прошло, но осторожность никуда не делась. Кто знает, что скрывается под поверхностью этого замечательного синего моря всего в двух шагах от них?..
Разведчики забрались в вездеход. Билл завел двигатель, развернулся и покатил назад, к «Поллуксу».
«Твой друг уже узнал все, что хотел узнать». Дэвид вспомнил слова Лизы. Лизы? Он сам не заметил, что давно уже начал называть ее так. Дэвид понимал, что юная женщина в солнцезащитных очках не могла быть его сестрой, но он также знал, что, окажись живая Лиза на ее месте, она вела бы себя точно так же.
— Компьютер! — позвал Билл.
Ответом ему был лишь треск атмосферных разрядов в динамиках.
— Никого нет дома, — сказал бывший сержант удовлетворенно. — Мы можем поговорить.
У Дэвида была сотня вопросов. Но он молчал. Внезапно он испугался того, что может узнать. Что делать, если ответы ему не понравятся? Поэтому он обрадовался, когда Билл заговорил первым.
— Помнишь, ты мне рассказывал о том происшествии на Кингстоне?
Дэвид кивнул, чувствуя легкую тошноту. Ему не хотелось вспоминать о том дне. Но Билл не отставал.
— Как ты полагаешь, что произошло на самом деле? И кто за этим стоял?