— Ну, просто…
Сидовски бдительно повел пальцем у Рида перед носом.
— Потому что, если ты сидишь на информации просто ради гребаной истории, то мы прижучим тебя сильней, чем тогда за Доннер. Причем на этот раз жучить буду я.
— Понимаешь, он показался мне знакомым, но смутно. Как кто-нибудь, кого я встречал когда-то, но толком вспомнить не могу, — замешкался Рид.
— Его описание подходит к любому из двухсот тысяч, что живут здесь, в районе Залива.
— Я просто хотел кое-что узнать в связи с расследованием. Сам понимаешь, история большая, многоплановая.
Сидовски с багровым от гнева лицом изумленно покачал головой.
— Нет, вы только гляньте. Он тратит мое время. На мне висит убийство ребенка и двое похищенных детей, а для него и ему подобных это просто игра, одна «большая многоплановая история». — Сидовски вскипал: — Для них это, видите ли, игра в бирюльки. Нас собирают здесь, закидывают вопросами, в свете которых мы смотримся тупыми долболобами вне зависимости от того, что мы отвечаем. Вы строчите свои истории и расходитесь по домам. А мы остаемся. Нам нужно разыскивать этого подонка; есть, спать и дышать тем, что он выкинул и может выкинуть снова. Мы с этим срастаемся, для нас оно становится личным… В общем, не подходи ко мне с этими своими заумными играми!
— На нас это влияет не меньше, чем на вас.
— Ты когда-нибудь видел трупик убитого ребенка? Знаешь, как это на тебя действует? Нет? Тебе когда-нибудь приходилось сопровождать мать в морг, на опознание гниющих останков ее двухлетней дочери? Ты вот обними, подержи ее в ту минуту, когда она бьется в рыданиях так, что кажется, еще секунда, и она развалится на части прямо в твоих объятиях!
Глаза Сидовски блестели от слез.
— Ты знаешь этого гада, Том?
— Наверно, все же нет.
— Что ж, ладно. Тогда, если у тебя нет на руках ничего конкретного, то лучше меня не беспокой.
Он ушел.
А Рид подошел к окну и оттуда уставился на город.
39
Послеобеденный брифинг «Сан-Франциско Стар» прервался, а редактор субботнего выпуска Блейк Маккриммон со своим желтым блокнотом пустился в обход новостной редакции.
Городской маньяк похитил очередного ребенка.
Освещать события Маккриммон сверхурочно вызвал шестерых журналистов. Под это дело в «Стар» было расчищено четыре внутренние полосы. До дедлайна оставалось два часа, но не это вызывало у Маккриммона тревогу. А то, чем заполнить это пространство. Просмотр размытых кадров похищения Габриэлы Нанн пощипывал ему кожу словно электричеством; такого с ним не бывало со времен его репортажей о Вьетнаме. В районе «Золотых ворот» у него жило четверо внуков.
Маккриммон остановился у стола Тома Рида.
— Твой материал шарахнет главной новостью. Начни с чего-нибудь вроде: «В связи с субботним похищением пятилетней девочки в считаные дни после пропажи трехлетнего мальчика есть подозрение, что в городе орудует серийный маньяк-убийца».
— И какой должен быть объем?
— Сорок — пятьдесят дюймов. Описание дел плохого парня поставь повыше.
— Нет проблем.
— Молли сегодня ночует у крыльца Наннов: вдруг будет звонок о выкупе или семья заговорит с прессой. Позже пошлем ей на смену нашего ночного спецкора.
— Что у нас еще?
— Колонка Джека Торна. Он ухватывает нерв: родители на взводе, не отпускают от себя детишек, город разделяет мучения Беккеров и Наннов. Фокус на Габриэле, ее семье, связи с собакой, психическом профиле подозреваемого, общем охвате трех дел, ну и тому подобное. — Маккриммон поправил очки. — Может, что-то добавить?
Рид заметил, что рядом лежит прошлый выпуск с его статьей о группе скорбящих.
Снова всплыла мысль об Эдварде Келлере. Может, поделиться этим своим подозрением с Маккримоном, попросить свободу рук на негласное зондирование Келлера? Хотя ладно, не надо.
— Ты что-то задумал, Том?
— Да нет. Звучит все здраво.
— Еще бы. История притягивает всеобщий интерес. СМИ Британии, Японии и Канады шлют сюда свой персонал. — Маккриммон поглядел на часы и похлопал Рида по плечу: — Ну давай, за дело.
Материал сложился гладко. После проверки он отправил его на компьютер Маккриммона.
Рид помассировал шею и посмотрел на пустующий стул Молли Уилсон. Завтра еще один долгий день с продолжениями. В мэрии пресс-конференция «Не волнуйтесь, город в безопасности». Измотанный, но довольный, Рид подумал, не пойти ли поспать, но адреналин в крови все еще бурлил. Какая-то напасть обрушилась на город, и он сделался ее частью, втайне испытывая жутковатый трепет, знакомый каждому репортеру криминальной хроники: ненавистный и непостижимый до конца. От Салинаса до Укии, куда бы ни доставлялась «Стар», люди жадно поглощали его работу, ахая и покачивая головами — в офисных башнях, ресторанах, аэропортах, торговых центрах, школах и на кухнях.