– Тут не только одичаешь, волком скоро завоешь. Все что необходимо, во сне только и ощущаешь,– пожаловался Серега.
Взяв анализ крови, девушка протянула ему маленький кулечек, с каким-то лекарством.
– Это от чего? От этих дел?– сделал испуганные глаза Серега.
– От радиации он, страдалец, чтоб для дома тебя сохранить, – снова улыбнулась медсестра.
– Все порошки да порошки. А от чего никто не знает. Проверить тут не на ком, одни мужики кругом, заключил Сергей, – освобождая место следующему «страдальцу».
Постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР
От 29 мая 1986 года № 634-188
,, О проведении дезактивационных работ в районах Украинской и Белорусской ССР, подвергшихся радиационному загрязнению в связи с аварией на Чернобыльской АЭС ..
«Учитывая большие масштабы дезактивационных работ, ускорить развертывание соответствующих частей и подразделений, призвать из запаса на специальные учебные сборы сроком до шести месяцев необходимое количество военнообязанных. Призыв военнообязанных осуществить сверх лимитов, установленных Министерству обороны…..
40
На краю плаца разношерстной ватагой сидели гражданские, резко выделяясь на фоне однообразного песочного цвета палаток, некоторые рылись в своих сумках, некоторые уже что-то ели, проголодавшись за время перелета.
– Серега, смотри, кажись смену пригнали,– сказал другу Лешка подходя к месту построения, – их похоже сразу в самолет, даже не переодели.
– Откуда, вас таких красивых, привезли?– поинтересовался Серега у парня в цветной рубашке.
– Из столицы мы, – по – московски, растягивая слова, с гордостью ответил тот.
– Раз столичных пригнали , дело пойдет,– засмеялся Лешка,– моментом все ликвидируют. Нам остается только отдыхать.
–Сейчас побреют, форму натянут, и хрен столицу отличишь, – добавил Серега, – а там приказ:– и на амбразуру.
– А мы может, и переодеваться не будем, а назад поедем, – заявил москвич.
– А давай попробуй. Вон палатку видишь, а рядом человек с ружьем, – показал Серега, на палатку с оружием, – это мы, для таких как вы, специально привезли. Чтоб не дергались.
–Самое лучшее средство усмирения, под названием ,,АКАЭМ,,– пояснил Лешка.
,,Умение жить заботами и тревогами мира, чувствовать боль другого, как свою, – прекрасное качество человека. Оно поднимает нас над вязким бытом повседневья, над суетностью мелких интересов, над усыпляющей совесть сытостью. Чернобыльская беда– оставаясь бедой, выявила лучшее в нас, советских людях,– убежденность в том , что чужого горя не бывает, способность к деятельному состраданию, готовность к самопожертвованию. Исключения лишь подтверждают правило,,
,,Известия,, Ю.Орлик
К нам прибыло пополнение. В связи с тем, что почти весь состав батальона набрал предельно допустимые дозы облучения, я думаю, что эти ребята, скорей всего приехали нам на смену –
Комбат стоял между двух составов батальона, пока еще гражданским и военным.
– Ура дембелям! – крикнули из военного состава.
– Радоваться еще рано,– успокоил комбат,– Пока не обучим новый состав, пока они не втянутся в работу, никто из нас с места не тронется.
– А мы не ходим в ,,зоне ,, работать, и туда не поедем,– раздалось со стороны москвичей.
– Я сейчас уйду,– резко повернулся на голос комбат,– и оставлю вас с этими ребятами наедине. Я думаю они вам толково и популярно объяснят, кто куда поедет. Я думаю, что после разговора, даже не поедет, а с радостью побежит. Поверьте мне, они – майор кивнул на военный строй батальона за своей спиной,– это право. Право объяснять заслужили. Так что, Мне уйти?
Строй москвичей молчал.
– Так эту тему закрыли,– продолжал командир батальона. – Хотя могу к этому добавить, что батальон пришел сюда с оружием, потому как и до вас были некоторые тупые головы, отказывающие выполнять приказ.
– Это он про прибалтов,– шепнул Сереге сосед.
– Если столичные, так умнее всех. А комбат молодец. Ух, как я бы объяснил , кулаки чешутся по московским мордам проехаться.
– У тебя одного что-ли чешутся, уймись, – успокоил друга Лешка.
– Старая гвардия на выезд. Вновь прибывшим следовать в баню, переодеваться и через час стоять на плацу. Будем начинать жить по чернобыльскому расписанию. Старшина, займись.
И снова колонна, подымая клубы пыли, ревя моторами, вытягивалась в струнку , по привычному маршруту. Ехали, минуя опустевшие деревни, уже не удивляясь пустоте. 41