На заводе, куда приехал Скворцовский, еще заметна была суета. Там засыпали гравием и щебенкой кабели электропитания подрывных зарядов и разливали по цехам мазут. Пришло сообщение, что немцы уже в городе и всем им следует поторопиться.
— А мне как быть? — спросил Скворцовский, но тут их рация почему-то замолчала. С территории завода в несколько минут все люди вдруг куда-то исчезли, и лейтенант Скворцовский со своими людьми оказался в полном одиночестве, и нужно было немедленно что-то делать.
— Так, — сказал он Нанаве и Остапу, ввиду своей крайней молодости смотревших на него как на бога, — сейчас нужно будет постараться найти хоть какие-нибудь продукты и ехать к реке. Мосты не будут взрывать до последнего, так что мы еще вполне успеем проскочить.
— Ага, — воскликнул довольный Остап, — это мы мигом. Я тут неподалеку один магазинчик присмотрел, со складом. Факт, там чего-нибудь да осталось! — И они поехали по Заводскому шоссе в сторону знакомого ему магазина. Справа, за сквером, лейтенант Скворцовский вдруг увидел двухэтажное здание школы, в которой находился госпиталь, в котором он лежал и где, как он помнил, была прямо-таки шикарная подборка его самых любимых книг. «Эх, заехать бы, — пришла ему в голову отчаянная мысль, — вряд ли они успели вывезти книги. Все равно я с машиной, так что затаримся не только едой, но и пищей духовной. При немцах это ведь все равно пропадет. А так мы все почитаем, ведь там и «Сердца трех» и «Джерри-островитянин» Джека Лондона, и «Паровой дом» Жюля Верна, Есенин… Конечно, все это надо взять! Много времени это не потребует!!!»
Решив так, он тут же приказал подвезти себя к зданию госпиталя и оставить его здесь, а им с машиной поскорее ехать добывать продукты.
— Возвращайтесь как можно быстрее! — крикнул он вдогонку Остапу. — Не берите вина и много всего не набирайте, а я вас здесь подожду…
Как он и предполагал, госпиталь был эвакуирован. Лишь кое-где валялись пустые кровати, а в каждом конце коридора и на первом, и втором этажах, как и при нем, громоздились сложенные друг на друге ученические парты. Дверь в библиотеку, вернее какой-то крошечный уголок, выделенный госпиталем для книг, была распахнута настежь. Книги, видимо, пытались из нее забрать, но бросили эту затею, и они валялись везде, как попало. Старший лейтенант принялся их собирать, нашел то, что искал, и этому очень обрадовался. Он связал их в аккуратную стопку и тут же услышал шум подъехавшего к школе авто. «Ну вот и мои, и как быстро!» — решил Петр Иосифович и направился на центральную лестницу, которая вела на первый этаж. Позади за окном вдруг снова загудел отъезжающий автомобиль, и сердце у него сжалось от нехорошего предчувствия. Тут явно было что-то не так, и он уже не пошел, а побежал вниз по лестнице, чтобы догнать свою маищну и своих ребят, которые, скорее всего, бросили его здесь только потому, что где-то поблизости увидели немцев. Еще он услышал, как хлопнула входная дверь, услышал шаги и, повернув на шедший вниз пролет, прямо перед собой и совершенно неожиданно увидел эсэсовца в черной форме и фуражке с черепом и скрещенными костями.
Тот, в свою очередь, увидел Скворцовского и потянулся к кобуре с пистолетом. Петр тоже выхватил свой наган и первым выпалил в фашиста, а тот тотчас же выстрелил в него. И оба, несмотря на то что расстояние между ними было очень невелико, — промахнулись! Петр, сам не зная почему, тут же побежал наверх и выстрелил в немца через лестничные перила. Тот также ответил ему выстрелом, причем пуля попала в косяк двери прямо над его головой.
«Что делать? Что делать? — только одна эта мысль и билась сейчас у него в голове, лишая всякой способности соображать. — Сейчас на помощь к нему подоспеют другие, меня убьют или схватят, а это значит, что меня возьмут в плен, а плен для советского офицера — это же хуже смерти…»
Шаги немца на лестнице между тем смолкли, и Петр подумал, что это очень плохо. Видимо, тот решил обойти его по лестницам, что шли наверх справа или слева, во всяком случае, такое вполне могло быть. Тут он сообразил, что если этот немец приехал сюда на машине, и та от школы отъехала, то это значит, что его ребята могут подъехать к ней буквально в любую минуту. Пойдут в школу его искать и могут запросто нарваться на выстрел. «Значит, с этим немцем необходимо кончать немедленно! Но как? Уж больно громко отдаются тут шаги, полы-то ведь каменные…»