В 11.00 все самолеты возвратились на авианосцы, и Нагумо отдал приказ отходить на юго-запад. В последующие два дня его авианосцы несколько раз подвергались атакам американских самолетов берегового базирования, включая Б-17, однако больших повреждений японским кораблям эти разрозненные и не скоординированные атаки не принесли. Более того, уже 20 августа, рассудив, что больше его преследовать не станут, Нагумо, по согласию с Ямамото, опять повернул на юго-восток и двинулся в направлении Панамы. Однако он не знал, что все это время, пользуясь тем, что при нем находились тихоходные транспорты, за ним следовала американская подводная лодка «Аллигатор», упорно державшаяся от него неподалеку. В полночь 20 августа его командир доложил, что японская эскадра опять поменяла свой курс.
По мнению японцев, у американцев в августе 1942 года был только лишь один авианосец, и тот находился в Атлантике. На самом деле это было не так. Авианосец «Саратога», или «Леди Сара», корабль, однотипный с «Лексингтоном», как выяснилось позднее, в январе не был потоплен японскими торпедами, а только тяжело поврежден. Его удалось отбуксировать сначала в Сан-Диего, а затем оттуда в Перл-Харбор, где его летный экипаж прошел интенсивную подготовку. «Уосп» — совсем небольшой, легкий авианосец — был также приписан к Перл-Харбору, а его летчики вместе с остальным персоналом базы усиленно готовились к отражению японского десанта на Гавайские острова. И вдруг сообщение о том, что японские самолеты бомбят побережье США!
Адмирал Честер У. Нимитц, который все еще оставался командующим Тихоокеанским флотом США, несмотря на все понесенные им поражения, получив это известие, приказал немедленно выводить корабли из Перл-Харбора, чтобы постараться перехватить японскую эскадру на пути домой. Одновременно он связался с командующим Атлантическим флотом и попросил его на всякий случай освободить авианосец «Рейнджер» от сопровождения конвоев и немедленно отправить его к Панамскому каналу, который, при данных обстоятельствах, вполне мог оказаться целью новой атаки. Вместе с ним в качестве эскорта был отправлен линкор «Техас» — корабль, спущенный на воду еще в 1914 году, однако незадолго до всех этих событий прошедший очередную модернизацию.
Что же касается «Рейнджера», то это был не слишком уж сильный и современный корабль, однако внешне он выглядел очень эффектно. Особенно впечатляюще смотрелись его шесть труб, по три с каждого борта, дым из которых в зависимости от направления ветра выпускался то с одной, то с другой стороны, причем когда авианосец принимал самолеты, трубы на нем обычно отклонялись горизонтально!
Другое дело — сам канал, представлявший собой едва ли не самое уникальное гидротехническое сооружение на свете. Строить его начали еще в 1879 году. В работе над его проектом принимали участие такие знаменитости, как Лессепс и Эйфель, причем и тот и другой по причине банкротства компании в 1894 году были приговорены к разным срокам тюремного заключения и многотысячным штрафам. Понимая все выгоды от строительства канала, США приобрели у французов все права на его продолжение, а заодно сумели сделать так, чтобы сама Панама вышла из состава Республики Колумбия, после чего последовало провозглашение ее независимости как отдельного суверенного государства, тут же выдавшего американцам разрешение на проведение работ…
Надо отметить, что Панамский перешеек протяженностью 80,5 км, на котором велось строительство канала, вполне можно было бы отнести к одному из самых сложных районов земной поверхности, когда-либо бросавших вызов людям: гористый, покрытый непроходимыми джунглями и глубокими болотами. Было известно, что здешние горы, образовавшиеся в результате вулканической деятельности, представляют собой смесь твердых скальных пород с мягкими, причем смесь беспорядочную и расположенную под разными углами. Только на расстоянии от города Колон до города Панама находилось шесть больших геологических разломов и пять центров вулканической активности. Прибавьте к этому палящее солнце, очень высокую влажность, типичные для этих мест обильные тропические дожди, а также регулярные разливы реки Чагрес, принимающие порой катастрофические масштабы, ну и, конечно, желтую лихорадку. Хорошо, что инженеры прошлого не располагали детальной информацией о геологии перешейка и обо всех остальных его природных «сюрпризах», иначе Панамский канал вряд ли был бы когда-нибудь вообще построен. Только лишь на одни москитные сетки для окон жилых помещений было израсходовано 90 000 долларов. К моменту окончания всех запланированных работ по строительству канала было удалено более 200 миллионов кубических метров земли, а общая его стоимость составила 639 миллионов долларов.