Всё стояла на крыльце, не зная куда метнуться, пока он убирал наши вещи в машину.
- Ты уж береги эту козявку, - сказала она мне скрипнувшим голосом. Карина как раз вцепилась в её палец. – Маленькие они такие хрупкие.
Её глаза заволокло слезами и отвернувшись, она утёрла их мятым платком.
Я обняла её и мне стало самой больно в этот момент.
Мама вспомнила моего брата. Есть такая боль, которая не утихает со временем, сколько бы лет не прошло. Иногда я думаю, что может ей просто легче жить, вот так отгородившись от всех и зачерствев душой?
Хочется ей сказать, как люблю её несмотря ни на что, но она опять отталкивает меня от себя. Говорит:
- На неё вся надежда. На тебя-то я уже точно не надеюсь.
Машет на меня рукой, и я вспоминаю все её бесконечные упрёки. Непутёвая я. Что с меня взять?
А вот внучка. Внучка ещё может стать человеком.
Я тяжело вздыхаю и иду к машине. Может у меня тоже когда-то такое же отношение к детям и внукам будет? Кто его знает?
Хотя конечно же надеюсь на лучшее.
Сажусь на сиденье. К тому моменту Карина уже в детском креслице, и я хочу быть поближе к ней. В зеркале заднего вида вижу лицо Кирилла, когда мы выезжаем со двора после последних прощаний. Оно как всегда немного насмешливое.
Но в то же время я сама не понимаю почему так скучала по нему. По мужу.
Почему так ждала наших коротких разговоров по вечерам?
Он ловит мой взгляд и приподнимает бровь.
- Что так смотришь? Нравлюсь?
Непривычно поддевает меня и кривит губы в усмешке, а я краснею непонятно почему.
И вроде бы могла бы тоже пошутить или съязвить что-нибудь в ответ, но вместо этого отворачиваюсь и поправляю воротничок на одёжке дочери.
Глупо, но я наконец разобралась в своих смешанных чувствах к нему. И он действительно не просто друг для меня.
…
В его квартире опять вернулась прежняя рутина. Когда муж днями на работе, а я одна с дочкой. По вечерам он по-прежнему помогает мне. Только появились какие-то подначки. Шпильки с его стороны.
Раньше Кирилл избегал меня, сейчас наоборот то руку заденет, то плеча коснётся. То проведёт ладонью по талии. И всё смотрит сквозь прищур на мою реакцию. Один раз я не выдержала и прямо ему высказала, уложив Каришку в кроватку и сбросив его руку со своей поясницы:
- Кир, это опять какие-то твои проверки дурацкие? В терапию со мной играешь или ещё что-то?! Я же сказала, что ничего не нужно и всё нормально со мной!
Муж качает головой.
- Нет, не нормально. У тебя проблемы серьёзные.
Я кажется распсиховалась чересчур, решив, что он вздумал мне диагнозы какие-то ставить.
- И какие же у меня проблемы?! – шиплю ему в ответ, наступая.
Ожидала любой ереси, а он смотрит на меня якобы серьёзно потом заявляет:
- Поразительная слепота.
Я бы сказала, что у меня с нервами не всё в порядке из-за того, что он подошёл так близко, но из-за его слов лишь опять нахмурилась и открыла было рот, чтобы вякнуть о том, что он чушь какую-то несёт. И неожиданным для меня оказалось то, что Ершов вдруг наклонился и поцеловал меня.
Просто прикосновение губ к губам, но я словно застыла на секунду от шока.
Что? Почему? Зачем?!
В голове миллионы вопросов, но главный состоит в том, что я не понимаю зачем он это сделал?!
Нет я замечаю все эти его подначки в последнее время. Но думала, что я просто накручиваю себя. Будто глупости всякие мерещатся.
Где я и где Ершов? И что между нами общего кроме моей дочери и фиктивного брака? И ещё моей идиотской и совершенно неуместной привязанности к нему. Больше, чем простой привязанности, но я даже про себя пока не хочу этим словом своё отношение к нему определять.
- Слишком много думаешь, - всё это время муж стоит напротив, смотрит на меня и очевидно ждёт или пощёчины, или истерики. А я просто в замешательстве. – Но понравилось же?
- Честно говоря, я даже не поняла, - брякаю первое, что в голову взбрело, не задумываясь. Только через секунду дошло, что должна была по-другому отреагировать и рассердиться на Кира.
Свожу брови к переносице, потому что не хочется скандалить при дочке. Карина ещё испугается. А Кир как назло видимо решил воспользоваться положением:
- Не распробовала значит. Ну давай исправим.
Я успела лишь возмущенно пискнуть и занести руку, чтобы оттолкнуть его, как он обхватил моё запястье и мои губы своими заодно.
Вялый вскрик так и утонул, не вырвавшись на свободу, когда его язык коснулся моего.
Вогнал меня в краску, тем что внутри всё завязалось тягучим узлом из-за этих новых прикосновений.
Даже дышать стало трудно.
Хотя больше потому что притянул к себе своей лапой, заставив привстать на носках.