На резкий хлопок никто не обратил внимания. Посреди кабинета сгустились тучи, воздух наполнился характерным запахом озона и предчувствием грозы. Медленно и неуклюже четверо юристов собрали по столу разбросанные документы. Просмотрели, поменялись друг с другом, поделили на два экземпляра. Пожилой мужчина оттёр платком лоб, отметил карандашом в контракте галочки и передал Кимберли. Нервным движением, она схватила ручку. Приземлив стул на четыре ножки, Берри ловко выдернул мятые страницы у неё из-под локтя.
– Я не во всем разобрался. Прочту позже. Она заберёт потом, – не поворачивая головы, он ткнул пальцем в Лину.
Заворожённая обертонами тихого голоса, упавшими на грудь каплями растопленного воска, Лина не успела осознать смысл коротких фраз: она круглыми глазами глядела на взвизгнувшую Ким. Подскочив, она прыгнула на Берри, ухватила за мятый воротник. Выронив сигарету, Диана изумлённо приоткрыла рот. Юристы с обеих сторон втянули головы в плечи и мученически переглянулись.
Откинувшись на спинку, Берри слегка улыбался, не пытаясь увернуться от маленьких ручек, хлеставших по щекам. Собрав ладони рупором, Вуд громко закричал:
– Давай, Кики, прямой левой в челюсть! Ну же! Врежь ему как следует, не жалей его! Давай!
Оглушительный гогот соседа, посыпался словно кирпичи. На секретере качнулась и звякнула китайская ваза.
– Кит, придурок! Не дури! Дай подписать, чёртов контракт! Ну, сколько можно! – кричала Кимберли.
Поправив съехавшие очки, Берри поднял руку с бумагами над головой, без тени улыбки скомандовав:
– Прыгай.
– Иди к черту!
– Прыгай.
– Отдай документы, придурок!
– Ты повторяешься.
– Да, пошёл ты!
– Э... видимо у нас душно, – Диана провела пальцами по влажному лбу, расстегнула верхнюю пуговку блузки: – Если никто не возражает, я опущу градусы кондиционера. – Она прошла позади Берри, задев бедром его локоть. Он издал приглушенный смешок и звонко приложил растопыренную пятерню к натянутому шёлку пониже поясницы. Отскочив, Диана неловко оступилась, жалобно вскрикнув, повалилась вперёд. Вуд быстро перегнулся через кресло, протянув обе руки:
– Всегда к вашим услугам, мэм! – пробасил он киношным голосом, успев подхватить её и скользнуть верх-вниз ладонями по талии.
– Пустите, немедленно! – прошипела Диана, вырываясь; отойдя к секретеру, она привалилась спиной к тёмному дереву, тяжело дыша ртом, отбрасывая назад прилипшие к вискам волосы.
– Давай! – смеялся Берри, махая над головой растрёпанным контрактом.
– Кит, прекрати! Ты обещал!
Хлопая густо накрашенными ресницами, Диана переводила взгляд с Берри на Кимберли и обратно:
– Святая Олалья! Лукаш прав, это балаган, какой-то!
– Мне больше нравиться думать, что это – брачные игры, – вставил Ривера, приглаживая бороду.
– Кто хочет выпить? – Диана рванула дверцу секретера.
Четверо юристов первыми вскинули руки. Лина повернулась к соседу:
– Вы можете объяснить, что здесь происходит?
– Тут, corazon, заведомо хреновый расклад: две бабы и Кит, – отставив пиво, Ривера принял стакан с виски из рук вызванного из приёмной секретаря:
– Gracias, bebe, ты спасла мне жизнь, – проникновенно проговорил бородач, погладив тугие ягодицы полуживой Линды. – Сделав большой глоток, он ухмыльнулся и лукаво подмигнул:
– А теперь, расклад и вовсе неважнецкий – появилась третья. Все так эпично, ты не находишь? Я бы поставил на белое. Эй, Фрэнки, слышь? На белое полтинник!
– Принято!
– Ты случайно не владеешь приёмами кунг-фу, corazon?
– Нет, – изумилась Лина.
– Может бокс или ушу? Нет? Ну, и ладно. Дерьмо, у вас виски, – он сделал щедрый глоток и блаженно улыбнулся. – Ну, что скажешь?
– Что я должна сказать?
– Тебе нравиться?
– Почему мне должно нравиться? – возмутилась Лина.
– А потому, что все из-за тебя.
– Из-за меня? – ахнула она.
– Ну, да! Девочки бесятся, а Кит потакает. Вон, посмотри на Кики: она как ищейка чует, когда он запал. Вишь, какой у неё нос – вздёрнутый, как у фокстерьера! – ткнув стаканом в Кимберли, Ривера расхохотался.
– Запал?.. – ошеломлённо пробормотала Лина.
– Но, у него... кхе-кхе… нет шансов, правда, corazon? – трясся от смеха Джозеф.
Лина недоверчиво уставилась на его кривой передний зуб, не заметный с телеэкрана, но отчётливо торчащий вблизи.
– Вам идёт ваш зуб, – неожиданно сказала и прикрыла рот, ужасаясь глупым словам.
– Gracias, mi corazon. Ты тоже belleza, правда, как по мне, основательно не докормленная. Как намаешься с Китом, приходи к старине Джо утешиться и вкусно покушать, – игриво сверкнув чёрными глазами из-под сросшихся бровей, он выгреб волосатой ладонью из стеклянной вазы горсть цветных карамелек и ссыпал в рот.