Сотни раз, Лина переступала порог президентского кабинета, но толком не замечала. Наполненный воздухом и светом, он не походил на хозяйку с тягой к избыточности и ярким цветам. Он был другой: спокойный, функциональный и очень мужской, невзирая на элементы дорогой, искусно отреставрированной мебели в стиле арт-деко. Лина с интересом рассматривала тяжёлые серебряные часы конца восемнадцатого века на краю широкого стола. Удивлялась, что не видела их раньше, как и массивный секретер тёмного дерева в углу, и голубую китайскую вазу с тонким эмалевым рисунком огнедышащего дракона под овальным зеркалом с витиеватой золотой рамой.
Лина улыбнулась, приняла у Линдси хрупкую чашечку ристретто – любимого напитка Дианы, напоминающего её саму густым обжигающим ароматом – не удержалась и коснулась пальцем изящного резного орнамента по краю белой столешницы, восхищённо повторила узор, уверенная – антикварное чудо принадлежало самой Ауроре.
Слегка потянув идеально ровные стрелки узеньких брюк, Диана опустилась в кресло напротив:
– Не могу слушать этого зануду, как ты выносишь его?
– Кого?
– Святая Олалья, Салливана, кого же ещё!
– Мэтт отличный специалист, просто…
– Да, знаю! Иначе не терпела бы его, – перебила Диана. – Урежу ему бонусы за косноязычность: пусть учится ораторскому мастерству, – она щелчком распахнула золотой портсигар, вынула тонкую сигарету.
Лина удивлённо отметила слегка дрожащие пальцы; напряжённые уголки красных губ нервно выталкивали дым.
– Ладно, Бог с ним, – Диана резко повела кистью, стряхнув пепел. – Мне не терпелось поговорить о другом, – она толкнула по столу чёрную папку. – Вот. Я сделала это. Лови!
Лина пробежала глазами страницы контракта, скреплённые широкой канцелярской скобкой, и… обомлела. Выпрямила ватное тело, внимательно изучила страницу за страницей. Медленно подняла голову, посмотрела на Диану, не сводившую горящих глаз.
– Что скажешь? Безумие, да?
– Это... не совсем то, о чем я думала, – медленно проговорила Лина.
– Да! Это лучше!
– Не наше направление.
– Вот именно – это вызов! взрыв! скандал! – Диана подошла к окну, возбуждённо откинула голову:
– Они думают, что съели меня?! Списали как хлам?! Они плохо знают кровь Крус-Родригес!
– Кто так думает, Диана?
– Все эти кривляки, таблоиды, ток-шоу! Шоубиз! Но, они ошиблись! Просчитались! Все они! – она показала средний палец высотке напротив.
Заметив, что сгрызла свежий лак с мизинца, Лина досадно отдёрнула руку, опустила глаза на колени с папкой и закусила губу:
– Ты знаешь их стиль? – она подняла голову. – Их вкус – синоним дурного тона. Диана, нам не нужна такая сомнительная реклама.
Лина двумя пальцами отодвинула папку в сторону.
– О, брось! Ты вещаешь как закостенелый моралист! У них есть то, что мне нужно: темперамент и харизма! То, что составляет суть Родригес, понимаешь? Нутро!
Диана зашагала по кабинету, активно жестикулируя, встряхивая темными волосами:
– Они, как и Родригес – бунтари!
– Скорее анархисты, – пробормотала Лина.
– Ещё лучше! Не люблю полутонов. Ты согласна, что это вызов?
– Да, но…
– Без: «но»! Если ты не разделяешь мои взгляды, почему ещё здесь? Давай, уходи! Получишь умопомрачительные рекомендации! Иди!
– Диана, послушай, как и все в компании, я разделяю философию Родригес, – слегка вздохнув, Лина держала тяжёлый взгляд блестящих глаз: – Но, ты забываешь, что упомянутая тобой «харизма и темперамент» всегда держались на безупречных линиях и строгой элегантности. Это нельзя ломать.
– И не буду! Я хочу иметь – все! Мне нужна именно такая коллекция: «харизматичная безупречность и темпераментная элегантность».
– Но, это не возможно! Ты рискуешь нарушить баланс.
– Я? Я ничем не рискую! Этим займёшься ты. Я поручаю это тебе.
– Мне? – вскинула Лина голову, стискивая подлокотники. – Диана у меня недостаточно опыта. Я не ведущий дизайнер. Я вообще не дизайнер, а ассистент! – она в ужасе закрыла рот, перевела дыхание, чувствуя – едва не сорвалась на крик.
– Ты не просто ассистент, – прищурилась Диана, склонилась, обдав густым ароматом восточных духов, упёрлась ладонями в кофейный стол:
– Ты. Мой. Личный. Ассистент.
Она выпрямилась, чуть склонила к плечу острый подбородок, широко улыбнулась, изогнув бровь:
– И не забывай, моя милая девочка – это идея твоя!
Приложив пальцы к вискам, Диана крутанулась на каблуках, подошла к секретеру. Из тёмных недр шкафа выплыла на свет бутылка виски и граненый стакан. Широкое дно заполнилось медовой жидкостью.