До недавнего времени я ненавидел слово “реальность”.
Когда она ушла, я долго жил с этой печалью в сердце. Не знаю точно сколько, наверное, года три. Тридцать шесть месяцев бесконечных попыток начать новый этап, выработать новое отношение к тому, что было, заново обратиться к миру и все такое. Меня хватало максимум на неделю – и я, как отчаянный наркоман, срывался и снова дрожал над осколками разбитых отношений.
Может быть, если бы мы оба пришли к тому, что нам нужно расстаться, приняли такое трезвое решение без эмоций, чтобы сохранить то хорошее, что было, боль не была бы такой острой…
Никто никогда не поймет твоей печали так, как переживаешь ее ты. С тех времен я перестал рассказывать друзьям, что со мной происходит. Да, они могли выслушать меня, покивать, в чем-то даже понять, но все равно я не получал от них той реакции, которую ждал. Простой поддержки, без глупых сравнений и ничтожных советов вроде “хочешь быть счастливым – будь им”. Слова, слова, слова. А ведь на деле все не складывается так просто. Знаешь, на что это похоже? Как в детстве – крутишь, вертишь кубик Рубика, и вот уже вроде получилось. Но нет: раз – и выскочит другой цвет. И тогда… бывает, хочется все бросить.
Каждый в тот или иной период жизни устает бороться. Хорошо, если это всего лишь усталость – она имеет свойство проходить. Выспишься как следует или уедешь на время к морю, и силы снова возвращаются… Путь назад, к новому прорастанию в жизнь был долгий. Казалось бы, три года не так много. Но для меня эти три года были как три жизни, с опытом которых я родился снова, и уже другой.
Она ушла, и я больше не жду ее. Знаешь, когда я понял, что отпустил ее? В тот день, когда осознал, что больше не боюсь нашей встречи. Я смогу с ней спокойно поздороваться, спросить “как ты?”, попрощаться и продолжить путь. Так и произошло.
В прошлом году мы столкнулись в одном маленьком прибрежном ресторанчике, совершенно неожиданно. Все так и случилось: я поздоровался, поинтересовался ее самочувствием и, пожелав всего доброго, двинулся дальше. И слезы не навернулись, и кома в горле не было, и никаких переживаний после. Правда, что-то защемило в сердце, но буквально на секунду – быстро отпустило. От горячей любви остался только вежливый интерес.
Вот так все и прошло. Теперь мои воспоминания не оживают в часы осеннего сплина, когда за окнами тарабанит дождь, и я больше не набираю в задумчивости ее имя на страницах рабочих документов, и не таскаю в какой-то нелепой надежде ее любимую карамель в карманах плаща. Пусть она живет внутри моего прошлого и на страницах изданных книг. Она там такая, какой я ее запомнил. Хрупкая девушка со смуглой кожей, пахнущей соленым морским бризом, в моей майке, с томиком стихов в руках.
Я хочу, чтобы она была счастливой. Не важно, одна или с кем-то. Главное – счастливой.
14
В своих книгах я пишу о том, что нужно верить, искать, быть открытым для нового. А сам только недавно этому научился. Нет, я и раньше все это знал и многое умел. Но когда потерял то, чем так дорожил, все остальное вдруг оказалось таким бессмысленным. Вот такие моменты и проверяют тебя на искренность и верность принципам.
Пока все в ажуре, мысли приведены в повседневный порядок, а рядом верный друг, ради которого хочется свернуть горы, нет даже намека на то, что в один день все может как-то перемениться. Не говоря уж – закончиться. А наступают перемены – они, вообще-то, всегда наступают, – и оказывается, что гармония казалась незыблемой, а была хрупкой и временной.
Любые отношения время от времени проходят проверку на прочность. Мы с Зейнеп, еще не зная этого, решили: наша вера друг в друга настолько сильна, что ничто не сможет ее разрушить. Да, со стороны ее ничто и не разрушило, мы сами постарались, в щепки разнеся то, что построили, представляешь? Своими же руками, Север! Все началось с маленьких обид, а закончилось одной большой невыносимой ношей.
Она ушла. “Кто-то из нас обязательно уйдет. Лучше я первая сделаю это. Ты сильнее. Ведь всегда сложнее тому, кто остался. А я не смогу этого перенести. Здесь. В этом городе, где каждая улица – наша”. Вот так в один день не стало всего того, во что я так верил. Я отвез ее в аэропорт, помог с багажом, обнял в последний раз.
Обнимая, не хотел отпускать так… легко. Но я понимал, что удержать женщину, которая решила уйти, невозможно. Она все равно уйдет – днем, неделей, месяцем позже. Я сказал, что люблю ее. Она выбрала промолчать в ответ. Это был наш последний день вместе. Последний день, когда я не осознавал щедрости своей судьбы. После него последовали месяцы, годы, в течение которых мне пришлось учиться жить заново. Верить, ждать, двигаться вперед и… любить.