Я была катастрофически не права в том, что он не видит, осознала я именно в тот момент, когда поглубже вдохнула его божественный запах, прикрыв от наслаждения глаза, а когда открыла, то уставилась в его потемневшее лицо. Я снова веду себя, как идиотка! Снова то ощущение, что было у меня в лесу, когда мы впервые встретились. Он стоит и ничего не говорит, но воздух рядом с ним, он какой-то разряженный что ли. Вот знаете, как перед дождем, когда ощущаешь его приближение, так и я сейчас ощущаю приближение очередного кабздеца...
Он ничего не сказал, лишь сделал шаг ко мне на встречу. Я не смогла противиться этому влечению и тоже сделала шаг к нему, прямо в руки, прямо в объятия? Это меня бьет мелкая дрожь от соприкосновения? Или его? Или нас?
- Что проис…? - мой шепот потонул в темноте дороги, и когда только успело стемнеть?
- Всё потом... - проговорил он снова охрипшим голосом. И прижался своим лбом к моему. Очень интимно, очень!!! - Я потом тебе...
И не договорил. Потому что не выдержала напряжения уже я сама и просто прикоснулась своими губами к его. О, МОЙ БОГ! Это было действительно то, что мне нужно. Нереально правильно, нереально хорошо. Я почувствовала, как одна его рука зарылась в мои волосы, снимая резинку и выпуская всю русую копну на свободу, а вторая залезла под его ветровку и прижала меня к нему за талию. Так крепко-крепко, так правильно!!! Мои руки обняли его за шею, с не меньшим напором.
Я почувствовала, как его язык прикасается к моим губам и с тихим стоном раскрыла их. А после... ну это был самый крышесносный поцелуй в моей жизни. Мы, видно, пытались насытиться друг другом, но у нас никак не выходило. Закончился он резковато, когда Кирилл прижал меня к забору какого-то дома, вырывая мой вздох. Забор был металлический и явно холодный, но я не чувствовала этого. Однако очень хорошо чувствовала кое-что другое, кое-что упирающиеся мне в живот, очень твердое и, явно, не маленькое. Это меня немного отрезвило. Что я творю? Мы знаем друг друга один день!!! О черт! Я со стоном закрыла глаза и положила руки ему на грудь, чтобы хоть немного остудить нас.
- Что это было? - это его-то голос я считала хриплым? ХА ХА ХА! Милочка, ты превзошла самый старый мотор самой старой развалюхи по хрипоте.
Кирилл, видимо не обращал на это внимания. Все смотрел и смотрел на меня своими черными, как омут, глазами. Видно было, что он старается взять себя в руки. Вон как желваки ходят.
- Это называется первый поцелуй истинных. И мне, девочка, сейчас очень тяжело держать себя в руках. - он сделала глубокий вдох. - Поэтому, если ты не хочешь, чтобы я трахнул тебя прямо у этого забора, не нарывайся сейчас.
- Чего? - я тоже тяжело дышала. Наши груди вздымались и опускались в такт. - Если честно, то я услышала лишь грубое слово трахнуть и...
- Мила... - как-то обреченно простонал он и снова поцеловал. А я, видимо, совсем из ума вышла, потому что ни о чем, кроме его губ и большого сильного тела думать не могла.
8 Тайна.
Так чертовски приятно было ощущать его вжатым в меня. По-другому объяснить не могу. Мы целовались с безудержной страстью, как будто оба были под какими-то повышающими либидо наркотиками.
Его куртка была скинута с моих плеч уже давно, ширинка на моих штанах наполовину расстегнута, а рука самым беспардонным образом пыталась вторгнуться в царство моих трусиков. И это резко меня отрезвило. Вот прямо очень резко. Я осознала внезапно, что упираюсь спиной в железный ХОЛОДНЫЙ забор и меня сейчас поимеют в прямом смысле этого слова. А я уже не хочу. Вот прямо совсем.
- Стой! - промычала ему в губы. - Стой, стой, стой!
С третьей попытки я даже смогла его оттолкнуть и немного отдышаться. Ненамного, но уже успех. Его взгляд был слегка расфокусирован, и он с трудом старался удержаться в трезвом сознании.
- Так не должно быть! Что мы творим? - мой шепот звучал слишком громко в тишине улицы, на которую, кстати, могли в любой момент выйти люди. Капец!
- Что? - ммм он рычит! Обалдеть... А какие завораживающе черные у него глаза. Я о таком только в романах читала.
- Я говорю, вытащи, пожалуйста, свою руку из моих штанов. - и еще поерзала, чтобы он наверняка понял какую именно руку и из чьих штанов надо вытащить.