– Похоже, неплохо иметь его на своей стороне.
– Это точно.
– Будет ли у меня шанс встретиться с выдающимся Джорджем? – спросила сестра.
– Надеюсь, что да, – сказала я, опуская голову на подлокотник дивана, – он, типа, чудесный и компенсирует мне все то дерьмо, которое происходит с мамой последнее время.
– Что ж, отлично. Ты заслуживаешь Джорджа в своей жизни. Не отметить ли нам это мороженым? – спросила она.
– Мы говорим на одном языке! – улыбнулась я.
К счастью, перед тем как я отключилась на диване, у Эшли хватило ума написать маме, что я нахожусь у нее вместе с Нормой. Полное изнеможение после событий того дня и мороженое, съеденное перед сном, буквально вырубили меня, так что я проснулась только к полудню субботы. Я слышала, как Эшли и ее соседка Изабель шепчутся о том, почему я явилась без предупреждения. Изабель заставила Эшли пообещать, что у нее больше не будет нежданных гостей. Здравствуй, груз вины номер тысяча за эти выходные.
Когда Изабель ушла, я открыла глаза и перекатилась на бок, чтобы посмотреть на Эшли, которая, растянувшись на полу, читала учебник.
– Извини, что я напрягла твою соседку, – сказала я.
– Не переживай, – фыркнула она, – если ее так напрягает, что моя сестра приехала переночевать, у нее будут сложности похлеще.
– Какой план на сегодня? – спросила я, только теперь понимая, насколько глупо было примчаться в общагу к сестре без сменной одежды и зубной щетки. А после вчерашнего я чувствовала себя мерзкой и грязной и никак не могла это исправить.
– Ну, для начала мы должны пойти в прекрасный обеденный зал на бранч, который готовят в выходные. Похоже, они знают, что жирный завтрак помогает с похмелья.
– Я всегда готова к жирному завтраку.
– Затем, я подумала, мы можем немного пройтись по магазинам. Здесь есть симпатичные магазинчики, особенно местный книжный, и они должны тебе понравиться. А вечером, если захочешь, мы можем пойти на вечеринку. Я планирую пойти, и ты сможешь познакомиться с моими друзьями. Они тебя уже практически знают, потому что я все время о тебе говорю.
– Ты говоришь обо мне со своими друзьями? – удивилась я, поскольку считала, что стоит ей обзавестись новыми друзьями в универе, как она меньше всего станет думать обо мне. На сердце потеплело, когда я услышала, что она все еще рассказывает обо мне своим друзьям.
– Ну конечно, – сказала она. Она оторвалась от своего учебника и пошла к шкафу. – Кстати, полагаю, я случайно прихватила что-то из твоих вещей, когда забирала выстиранную одежду. Ты готова надеть эти джинсы с одной из моих рубашек?
– А я-то думала, куда они делись! – обрадовалась я.
– Извини, – смутилась Эшли, – я их заныкала.
Она бросила мне джинсы и топ в розовый горошек. Оборки и завышенная талия не совсем мой стиль, но я бы взяла что угодно, лишь бы выбраться из этого платья и избавиться от ужасного запаха, поэтому натянула топ через голову. Несмотря на то что это был, пожалуй, один из наиболее свободных топов Эшли, он слегка жал мне в груди и руках. Мне придется очень осторожно двигаться, чтобы случайно не порвать эту симпатичную вещичку.
Мы шли вместе с толпой студентов, которые тоже проснулись поздно после вечеринок накануне. Они все кочевали в направлении столовой, чтобы заполучить тот самый волшебный бранч, разрекламированный Эшли. Честно говоря, если после всего этого ажиотажа он не окажется лучше, чем International House of Pаncakes, я буду очень разочарована.
Когда мы вошли в столовую, очередь вилась через весь вестибюль. Я никогда не видела столько ребят моего возраста, которые бы выглядели так… ну, ужасно. Казалось, они только что вылезли из кровати, не причесавшись и не сняв макияж после предыдущей ночи. И знаете, что было лучше всего? Буквально никого это не парило. Я могла бы привыкнуть к этой особенности колледжа.
Я положила себе на тарелку горку блинчиков и картофельных оладьев, не тратя времени, чтобы облить их все сиропом. Здесь было самообслуживание, и мне хотелось ухватить все вкусное, что я видела, пока до него не доберутся похмельные студенты.
После того как бранч закончился (кстати, шумиха вокруг него оказалась абсолютно оправданной), Эшли решила провести меня с экскурсией по городку, в котором находился колледж, и сводить в маленький книжный магазинчик сразу за территорией кампуса, как и обещала. То, как она с восторженным блеском в глазах описывала здесь все, словно жила тут уже целую вечность, вызвало у меня смешанные чувства. Я была рада, что она привыкала к своей новой жизни, что нашла людей и места, которые ее делали счастливой, но и понимала, что я перестала быть частью этого уравнения.