Я не знала тогда, что где-то в глубине Старого города, на втором этаже кое-как построенного дома, затеряна комната с марлевой занавеской и синей полосой на стене. Комната, куда много лет я буду подниматься по узкой и темной лестнице и проходить по шаткому деревянному балкону, чтобы отпереть дверь.
Глава 13
Перед тем, как уехать в аэропорт, я села за компьютер в холле, чтобы еще раз взглянуть на Инстаграм и на Фейсбук Варгиза. Он почти ничего не выставил с того момента, когда уехал из Европы: только снимки с двух заседаний, где он сидел у микрофона с бутылкой воды, а справа и слева от него были мужчины в таких же строгих костюмах. Я подумала, не оставить ли ему сообщение – не позвонить ли, – но решила, что будет лучше, если я удивлю его, если я приду без предупреждения. Вместо этого я поискала институт социологии на территории университета Бенареса и распечатала карту. Я прилетала слишком поздно, чтобы отправиться сразу в институт, и заказала на ночь комнату в городе.
Самолет приземлился в ночном и туманном Бенаресе, или, как его теперь называют, Варанаси. Даже здесь в воздухе стояла гарь. По обе стороны дороги в ночном тумане тянулись дома без четвертой стены: они были как павильоны на съемочной площадке. Люди внутри полулежали, беседовали, смотрели телевизор. Вдоль шоссе попадались магазинчики, и все они были открыты – в них даже шла оживленная торговля, несмотря на поздний час. Такси ехало по неровной дороге мимо коров, неспешно бредших вдоль дороги, мимо собак, то молча, то с лаем бежавших куда-то. Водитель оказался молчалив. Я сидела на заднем сиденье и боролось с тошнотой от постоянных колдобин на асфальте, в которые ныряла машина. Я пыталась воображать нашу с Варгизом встречу. В институте социологии, в коридоре. Или у него в кабинете. Или на лестнице, или в холле.
Как ты здесь оказалась, спросит он. Я приехала в Дели, чтобы тебя увидеть, скажу я. И узнала, что ты в командировке – тогда я поехала за тобой. Ты сумасшедшая, скажет он, разве ты не знаешь, что у меня здесь жена? Я знаю, но ты говорил, что у вас плохие отношения. Да, но это не значит, что я готов с ней развестись. Я понимаю, скажу я, но это не значит, что я не могу любить тебя.
Или он спросит: это правда, или я вижу сон? Нет, ты не спишь, я на самом деле стою перед тобой, скажу я. Ты больше не уедешь, правда? – спросит он. Ты останешься со мной. Сегодня мы пойдем ко мне в гостиницу, а потом мы вместе уедем в Дели и больше никогда не расстанемся. У тебя ведь нет планов улететь из Индии, скажет он. Ты ведь взяла билет в один конец. Билеты туда и обратно дешевле, скажу я. Но ты ведь взяла билет в один конец, повторит он. Да, в один, скажу я. В один, чтобы никогда больше не уезжать.
Такси свернуло на узкую улицу. Дорогу нам перегородило темное тело коровы. Она лежала прямо на проезжей части. Корова медленно поднялась – на слишком тонкие для такого большого животного ноги – и отошла в сторону. Мы подъехали к воротам дома, где я должна была остановиться на ночь.
Ворота медленно открылись, и моему взгляду представился магазин тканей. К нему было пристроено двухэтажное здание, раскрашенное в красные и желтые тона. Тут сдавались комнаты. Вдоль второго этажа тянулся балкон. Навстречу вышло сразу несколько человек, молодых и старых, то ли работавших, то ли живших в этом доме. Один из них протянул мне ключ от комнаты и спросил, хочу ли я есть, но я от всего отказалась. Он сказал, что, когда я отдохну и освежусь, мне следовало зайти в кабинет к хозяину магазина и гостиницы, чтобы показать ему паспорт. Я сказала, что сделаю это прямо сейчас.
Мне пришлось разуться, прежде чем вступить на холодный каменный пол, я сложила руки на груди в жесте приветствия, и хозяин, седовласый, но нестарый, поднялся мне навстречу. Он осведомился, хорошо ли прошло мое путешествие, и пригласил на ужин с другими гостями. У нас есть женщина из вашей страны, сказал он, очень красивая. Как и все женщины оттуда, прибавил он вежливо. Но я опять отказалась.