– По рукам.
Незнакомец взял трость с соседнего стула. Рука в кожаной перчатке отвинтила верхнюю часть черепа. Лоботомия обнаружила внутри золотого набалдашника иглу, похожую на медицинскую.
– Ваш указательный палец! Не волнуйтесь, у меня легкая рука.
Саша подумал, что игра затянулась, но впал в состояние, похожее на транс. Он увидел себя в медицинском кабинете среди колб и пробирок протягивающим руку медсестре в медицинской маске и резиновых перчатках. И тут он заметил огромную сову, которая сидела на шкафу с биоматериалом. Сова посмотрела на Сашу круглыми желтыми глазами и презрительно сказала низким мужским голосом:
– Экий вы, батенька, подлец!
В следующую секунду Саша нашел себя протягивающим незнакомцу правую руку.
– А как же спирт? – вскричал Саша. – Надо обработать место ввода иглы.
– К чему эти инсинуации? – обиделся Человек в гогглах. – У меня все чисто, как в банке.
Саша отдернул руку.
– А если я все же встречу ее?
– Это невозможно. Ты никогда больше ее не увидишь. Это главное условие контракта.
– А все-таки?
– Тогда я явлюсь тебе снова и все исправлю.
Игла вошла в указательный палец. В руке Человека в гогглах возникла витая склянка, в которую он собрал кровь.
– За ваш прекрасный анамнез! – в экзальтации воскликнул Человек в гогглах.
Он подхватил свою чашку с кофе, лихо стукнул ею по Сашиной и осушил до дна. Палец пронзила острая боль. Кафе со светильниками, гаджетами и Человеком в гогглах завертелись в безумном танце, а потом их поглотила темнота.
Саша проснулся в собственной постели. Голова гудела, он попытался подняться. Застонал и снова упал на подушку, накрывшись одеялом с головой. Так это был сон? Из-под одеяла вылезла рука, обшарила тумбочку и нашла гаджет. На своем месте, на столике под лампой. Саша схватил телефон, как потерявшегося в парке ребенка. Шестое мая две тысячи двадцатого года. Шесть тридцать две утра. «Галлюцинации экспресс-тест», – прочитал он в строке поисковика. Палец скользнул по экрану, листая результаты поиска: тест на шизофрению, уголок занимательной психиатрии – центр повышения квалификации медработника. В памяти всплыло кафе, в котором он пил какую-то бурду. Паленый алкоголь? Шутки подсознания, чувство вины? Проблему надо проговаривать, иначе померещится и не такое. Саша перевернул ладонь тыльной стороной. На указательном пальце алела полоска свежей раны.
Глава 2. Бриллиант
Темную комнату освещал свет свечей в канделябре, стоящем на изящном антикварном бюро. У бюро сидел человек в шелковом халате. Перед ним, на зеленом сукне, в раскрытых шкатулках или просто так, были рассыпаны кольца, колье, браслеты. Камни разнообразных огранок, заточенные в золото и платину, играли гранями в свете свечей, переливались. Такое великолепие могло вскружить голову любому, но тоскливый взгляд человека был устремлен поверх колец и браслетов. Он был прикован к канделябру, на который опиралась черно-белая фотография кольца. Крупный бриллиант овальной огранки окружали десять мелких.
У окна, возле низкого столика, на котором тоже горела свеча, сидела брюнетка лет шестидесяти и раскладывала карты. Полная рука с коротко остриженными ногтями вытянула из колоды карту с желтым колесом посередине, наполненным изотерическими символами.
– Колесо Фортуны. Ты получишь его в конце этой недели, – сказала дама утробным голосом, излишне театральным, который, впрочем, в общей мистической атмосфере комнаты прозвучал довольно органично.
Человек продолжал смотреть на кольцо:
– В чем смысл жизни? В юности это любовь. Единственная на всю жизнь, пусть издевается, топчет, как пыльный половик, только пусть будет. Будет со мной. И пусть хоть иногда смотрит свысока своими прекрасными черными глазами. Потом это антиквариат, редкие вещицы, букинистические книги. Прикасаясь к ним, ты и сам становишься значимым – редким экземпляром, который нельзя просто выбросить на помойку или испачкать. Потом ты хочешь денег, много денег. На них можно купить и любовь, и редкие вещицы. Годы идут, молодость уходит. И ты уже готов отдать любые деньги, чтобы задержать ее хоть ненадолго: выпить волшебную таблетку, поехать на лечение хоть к черту на рога. Покупаешь мотоцикл, заводишь молодую и известную жену, других красивых женщин. Женщины уходят, и ты не испытываешь по этому поводу никакого сожаления, остается лишь пустота. Ты только думаешь, в чем смысл? В чем смысл этой чертовой жизни?