— Да, просто синяк.
— Так что случилось?
Страх вновь охватил меня, будто это происходило снова и снова, и мои глаза наполнились слезами. Я прочистила горло.
— Как я и сказала, я шла домой по пятой улице, и заметила кое-что подозрительное, как будто к кому-то приставали. Я не подумала и вмешалась.
— Боже, иногда твое сердце больше чем твой мозг, — сказал он. — А ты умная, так что это говорит о многом.
— Я не уверена, должна ли я сказать «спасибо» за это или нет.
— Ну, что случилось дальше?
— Один из парней подошел ко мне и потянул с улицы к аллее.
— О боже, — пробормотал Джордан.
— Но парень, которого я спасла, превратился в ниндзя. Он толкнул того, кто держал его, и затем ударил его в голову.
— Святое дерьмо.
— И он боролся с другим, который потом пырнул его ножом. Копы нашли их обоих.
— Ого. Он в порядке?
— Не знаю. Я должна найти способ добраться до больницы. Я не могу позволить ему остаться там одному. Не после того, что он сделал для меня. Я надеялась, что ты поедешь со мной.
— Конечно. Тревор подберет меня. Я попрошу его подвезти нас.
— Уже поздно. Я чувствую себя ужасно, что ему придется быть нашим шофером.
— Позволь мне позаботиться о Треворе. Не беспокойся ни о чем. Кстати я все еще зол на тебя за то, что солгала, но я рад, что ты в порядке.
— Я знаю. Уверена, что буду выслушивать об этом еще целую вечность.
— Будешь. В действительности, я собираюсь периодически вламываться, пока ты будешь в душе, чтобы напоминать тебе ежедневно, — сказал он.
— Как будто тебе нужно еще больше причин, чтобы ввалиться в мою квартиру. Иногда я задаюсь вопросом, может, ты притворяешься геем, чтобы просто видеть меня голой.
— Размечталась, принцесса.
***
К тому времени, когда мы приехали в больницу, мой таинственный парень ушел. Медсестры не дали мне никакой информации. Только сказали, что ему не обязательно было оставаться, и что он не умер. Я испытала облегчение, но также была расстроена. Он подумал, что я просто приняла его помощь, а потом забыла о нем, как только его увезли на машине скорой помощи? Я чувствовала себя в неоплатном долгу перед ним. Он спас мне жизнь. Я ощущала тошноту при мысли, что могло произойти, если бы он не вступился. Он не должен быть на улицах, забытый. Я хотела помочь ему, подружиться с ним, может, найти ему работу. Я хотела сделать что-нибудь для него в ответ, но он так быстро исчез.
Тревор настоял на том, чтобы отвезти нас на ночной перекус в закусочную. Тревор, в отличие от нас с Джорданом, не был танцором. У него была постоянная работа в качестве помощника продюсера новостей. Джордан также не был так беден как я, даже и близко. Вот почему он был так щедр, но это заставляло меня чувствовать себя убогой. Джордан работал в клубе в дополнении к доходу, который получал от преподавания хореографии. Его клубные выступления оплачивались лучше, и он на самом деле получил танцевальную работу. Время простоя в танцевальных выступлениях становилось короче, но его вера в индустрию развлечений была незначительной, и пока простой полностью не исчезнет, он отказывался бросать.
Они были прекрасной парой. Тревор — блондин с темно-голубыми глазами и улыбкой, как будто из рекламы зубной пасты. У Джордана была гладкая кожа цвета какао-бобов и удивительное сильное тело, вылепленное танцами с самого раннего детства. Его зубы также были идеальными.
И вот я, сидела напротив этих красивых мужчин. Может, на расстоянии кто-то мог подумать, что я была красивой, но ближе, все становилось ясной: я была обезображенной.
— Ладно, Бёрд. Сделаем так. Ты никогда не будешь ходить домой ночью одна. Или Джордан или я, с тобой всегда будет мужской эскорт, в любое время, когда ты будешь возвращаться домой с работы.
— Мужской эскорт? — кокетливо спросила я, поднимая бровь.
— Отвали, сучка, — сказал Джордан, и все мы рассмеялись.
— Парни, это просто невозможно. Я живу здесь полтора года. Произошел просто неприятный инцидент. Нападение было личным, и я уверена, что эти ребята будут в тюрьме некоторое время.
— Она такая чертовски упрямая, — Джордан закатил глаза, когда говорил Тревору.
— Она прямо здесь, — ответила я, указывая на верхнюю часть своей головы.
— Ага, ты типа здесь, — вступил в общий разговор Тревор. Я схватила французскую картошку с его тарелки и бросила в него. Она отскочила от его груди в его тарелку, и он скормил ее Джордану. Иногда они могли быть такими милыми, что это вызывало у меня рвотный рефлекс.
— Тревор понимает, что ты моя жена «без секса». Моя психическая стабильность зависит от твоего существования. И мы можем быть столь же упрямы. Больше никаких ночных прогулок домой. И никаких споров.