— Заткнись! — крикнул бай. — Сказал — и кончено. Переговори с дочерью и сегодня же дай мне ответ!
Но для Ширин это не было трагедией. Она давно украдкой поглядывала на красивого чабана. Поэтому матери долго не пришлось утруждать себя уговорами. Ширин смиренно сказала:
— Слово отца — для меня закон.
А у Бапбы никто ничего и не спрашивал.
Бай поспешно справил свадьбу. Не прошло и педели, как он позвал к себе зятя и высказал ему свое желание вернуться домой. Бесхитростный парень, неосуществимые желания которого сбылись в объятиях дочери бая, с готовностью сказал:
— Бай-ага, куда хотите, я — с вами!
Когда Ширин узнала об этом, она зарыдала:
— Бапбы-джан, дорогой мой! Не уезжай! Прошлую ночь я видела плохой сон, Пусть и отец не едет. Давай уговорим его. — Она крепко обняла его за шею.
В ответ на слезы своей молоденькой нежной жены чабан сказал:
— Я всегда держу слово, которое даю.
Снарядившись, тесть и зять отправились в дорогу.
Через неделю пути темной ночью они постучались в дом Амана Сары.
— Кто там? — раздался глухой женский голос. Он принадлежал старой матери Амана.
— Если Аман дома, разбуди его, пусть выйдет, — слегка изменив голос, сказал Бапбы.
Ничего не подозревая, женщина спросила:
— А зачем тебе Аман-джан в такое позднее время?
— Очень нужен.
— Его нет дома, хан мой.
— А ну открывай!
— Если ты не веришь словам шестидесятилетней старухи, дверь не откроется.
— А вот посмотрим! — сказал Бапбы и сапогом ударил в дверь. Крючок соскочил. Дверь распахнулась.
— Выходи, трус! — позвал Бапбы Амана, но в кибитку не вошел.
Старуху обидело слово "трус", и она, накинув на голову старый халат, вышла во двор и набросилась на Бапбы:
— Мой сын не из тех, кто от страха прячется под одеяло матери! Заходи, ищи. Чего раздумываешь? Сам ты трус!
Размахивая пистолетом, Бапбы вошел в кибитку. Она была пуста.
— Где твой сын? — заорал бай.
В темноте мать не разглядела Тачмурада, но, пережив многое от бая, узнала его по голосу.
— Тачмурад-бай! Так это, оказывается, ты? — Она с ненавистью приблизила глаза к его жирному лицу и ядовито добавила: — Это ты или твоя тень?
Скрипнув зубами, бай сказал:
— Слышал, что вы справляете по мне поминки, приехал известить вас о том, что я жив!
— Вот как… А мы и в самом деле думали, что ты давно уже отправился в рай и подружился там с праведниками, но…
Не желая дальше слушать, бай замахнулся камчой:
— Заткнись, старуха! Где твой сын?
— Вижу, что вы не отстанете, пока не скажу, где сын. — Она опять ехидно улыбнулась и отступила назад. — Если вам нужен мой сын, ищите его в Мары.
Бай не поверил ее словам.
— Что за дело у него в Мары?
Довольная своим сыном, она с гордостью ответила:
— Если у вас хватит смелости, поезжайте и спросите у него самого. — Она вошла в кибитку.
— В Мары так в Мары. И туда приведут нас наши ноги! — пробормотал бай и ткнул коня в бок.
На Чашкине у родственников Тачмурад-бай узнал, что теперь Аман Сары работает в Мары заместителем председателя райисполкома. Желая отвести от себя чужие взгляды, бай сказал, что едет в Хиву, а сам направился в сторону Мары. Добравшись до старого заброшенного колодца, он остановился.
Как пустынные хищники, тесть и зять днем отсыпались, а ночью выходили на охоту, рыская по степи.
Как говорится в пословице: "Мерзавец найдет мерзавца, как вода — низину". Через некоторое время к баю присоединились еще трое. Но как новые нукеры ни пытались доказать баю свою преданность, он не доверял им. На выслеживание ненавистного Амана Сары он посылал только своего зятя.
Однажды, после очередной вылазки за головой Амана Сары, Бапбы вернулся окровавленный, едва держась в седле. Тачмурад-бай, свершив вечерний намаз, беседовал за зеленым чаем со своим старым другом — чашкинским табибом Чары Гагшалом.
Увидев полуживого Бапбы, бай разволновался:
— Кто стрелял? Где тебя ранили?
У Бапбы не было сил ответить, он только с трудом произнес: "Позовите Семь с полтиной… Семь с полтиной…" И голова его поникла.
Тачмурад-бай, отчаявшись, начал бить себя кулаком по лбу:
— Все пропало, все!..
Чары Гагшал смотрел, как льет слезы бородатый мужчина, и не выдержал:
— Вах, бай! Стыдись! Возьми себя в руки! Не распускайся, жизнь не любит слабых!