Мы с Серегой переглянулись, потом посмотрели на Машу, притихшую и замершую каменным изваянием в моих руках. Кажется, она даже дышать перестала. Зато, я чувствовал, как бешено колотится ее сердечко. Прошло несколько секунд, которые мне показались вечностью. Я тоже боялся дышать, ожидая ее ответа. Кого из нас она выберет? Кому даст шанс иметь счастливую семью, а кого обречет всю оставшуюся жизнь вспоминать единственную любовь.
Наконец, девушка медленно выпрямилась, высвобождаясь из моих объятий, и развернулась лицом к отцу. Тяжело опираясь на трость, словно целый мир на плечах несла, сделала шаг в сторону, создавая между нами дистанцию. Мое сердце оборвалось. Не меня! Она выбрала не меня! Я хотел схватить ее за руку и остановить, вернуть обратно в свои объятия, рассказать, как сильно ее люблю и что не смогу без нее жить. Впервые за всю свою жизнь я не хотел мириться с обстоятельствами, плыть по течению. Каждая клеточка в моем теле стремилась за ней, но я не двинулся с места, только сжал кулак, испытывая желание впечатать его в морду родителя. Я не чувствовал ревности или обиды, кажется, в тот момент я вообще перестал чувствовать. Внутри была лишь гулкая пустота и понимание, что без Машеньки жизнь просто потеряет смысл. Глядя в глаза отцу, она проговорила твердым, звенящим от напряжения и эмоций, голосом:
- Ты просишь, принять решение? Так вот оно: однажды я уже сделала свой выбор и ни сейчас, ни когда-либо в будущем не собираюсь его менять. Я люблю обоих этих мужчин и быть хочу с ними обоими. - Я в изумлении не отрывал глаз от любимой. Она не переставала меня удивлять. И это я упрекал ее в отсутствии доверия к нам. Сам оказался не лучше. Мне еще нестерпимее захотелось прижать ее к себе, успокоить ласковыми словами и...
- Совсем сдурела, девчонка?! - Андрей Васильевич так заорал, что аж лицо побагровело, а я вздрогнул от неожиданности. - Ладно потрахалась немного с ними. На это я еще мог глаза закрыть. Там никто не знал, что ты моя дочь и ты могла делать все, что заблагорассудится. Но жить с двумя сразу, да еще и ребенка растить? Ты хоть представляешь, как это со стороны будет выглядеть? Это же позор! Как я людям буду в глаза смотреть? Каким местом ты вообще думаешь? Уж точно, не головой.
- Это мое решение и я его не изменю. - Девушка даже не дрогнула. Вот уж точно - дочь своего отца. То же выражение решимости на лице, та же сталь в голосе и та же готовность до последнего отстаивать свою правоту. - Там на островах, когда они так и не приехали за мной ни через месяц, ни через два, я думала, что не нужна им. Я не хотела больше жить, поэтому собиралась напиться и... - она отвела глаза и тяжело сглотнула, а у меня внутри все похолодело от ужаса, я боялся услышать продолжение, - бассейн был ближе, но море надежнее. Никто бы ни о чем не догадался, ведь перебравшие с алкоголем туристы регулярно гибнут от разных несчастных случаев. - Невеселая усмешка искривила ее губы, а меня прошиб холодный пот. В глазах Андрея Васильевича тоже промелькнул страх, но он быстро взял себя в руки и я решил, что ошибся. - Но я оказалась трусихой и не смогла сделать то, что задумала. - Маша опять в упор посмотрела на отца. - Я рассказала об этом только для того, чтобы ты понял насколько серьезно мое решение. Я не передумаю, что бы ты ни говорил.
- Вот, значит, как. Что ж, отлично! Но учти, я не нам ни копейки. Ты уйдешь отсюда в чем есть. А когда ты им надоешь и они вышвырнут тебя на улицу вместе с маленьким ублюдком или сама поймешь, что совершила глупость и захочешь вернуться, обратно не приму. - Я смотрел на мужчину и не мог понять, как можно быть настолько жестоким со своим единственным ребенком? На улице зима, а он выгоняет ее раздетую из дома. Но даже не это было главным - я видел, как жестокие слова ранят Машеньку. Эти раны не скоро исцелятся. Несмотря ни на что, она собрала силы в кулак и уверенно ответила:
- Значит так тому и быть, - девушка посмотрела на нас. - Пойдемте, нам здесь больше нечего делать.
- Действительно, нечего, - согласился Сергей, не отрывая презрительного взгляда от хозяина дома, а я только кивнул, поддерживая. Маша пошла к двери, спина ее была прямой, а подбородок решительно поднят, мы последовали за ней. Но стоило нам поравняться с Машиным отцом, как он заговорил совсем другим тоном.
- Ладно, подождите, я все понял. Вы все достойно прошли проверку. Теперь я вижу, что ваши чувства настоящие.
- Проверку?! - Маша, уже стоявшая на пороге, резко обернулась.
- Да, проверку. Прежде чем сообщить тебе о том, что они здесь, я разговаривал с каждым из них. Предложил хорошие деньги, чтобы они о тебе забыли. И, - он развел руками, - они отказались. Оба. Не буду тебе говорить, что мне предложили сделать с этими деньгами. - Савельев довольно усмехнулся, а сама Маша вопросительно посмотрела на нас. - Новость о ребенке их тоже не испугала, как ни странно. Крепкие орешки. Ну, а твое решение для меня самое главное. Я должен был выяснить, кому именно принадлежит твое сердце. Я, конечно, рассчитывал, что останется в лучшем случае кто-то один или ты сама в них разочаруешься. Но, раз уж ты выбрала их обоих, я могу только поддержать тебя и пожелать вам счастья и согласия.