Потопав ногой (он случайно пролил на пол сладкий кофе несколько дней назад, а ламинат до сих пор оставался липким), Танкован придвинулся к столу, вывел компьютер из спячки, достал из кофра камеру и подключил ее к системному блоку. Скачав файл, он с удовольствием просмотрел его в режиме перемотки, останавливаясь и включая «плей» на самых интересных местах, чтобы проверить качество изображения и звука. Затем разместил свой пикантный видеоролик на бесплатном хостинге, а ссылку отправил Лиснянской с внушительной припиской: «Завтра это оскароносное кино появится в открытом доступе в обеих Сетях – локальной и всемирной, а самыми благодарными из всех сотен тысяч зрителей окажутся наши учредители. С любовью, твой М.Т.»
Щелкнув клавишей «Enter», Максим закрыл глаза и прислушался к себе, не испытывает ли он что-нибудь похожее на угрызения совести? Нет, вроде все тихо. Только сердце восторженно трепещет, как это всегда бывает у азартных игроков, когда прет масть.
Сейчас на кону – все: успех, карьера, деньги. Как он вчера сформулировал для себя главную мысль? У разоблаченной пешки только два способа победить: сработать на опережение или утащить с собой в небытие офицера. Шахматная «вилка» – это шантаж. А как иначе назвать выбор между двумя потерями?
Записанный на камеру диалог не просто удачен, он – исчерпывающе красноречив. Из него можно узнать истинные причины увольнения двух толковых программистов, утащивших с собой, кстати, собственные разработки, и принципы, которыми руководствуется начальник отдела в подборе персонала и работе с подчиненными. Следующая за диалогом эротическая сцена – ярчайшее подтверждение всему сказанному…
Кабинки постепенно заполнялись сотрудниками. Программисты один за другим появлялись в комнате, приветствовали присутствующих одной и той же пантомимой и, заварив себе кофе, отправлялись на рабочие места.
Лиснянская уже у себя. Сейчас она поправит перед зеркалом начес пережженных рыжеватых волос, включит чайник, проведет ладонью по шершавой коже дивана, улыбаясь воспоминаниям о вчерашнем вечере, по-хозяйски усядется за стол, включит компьютер… Пару минут машина будет загружаться, а начальница – подкрашивать розовые пухлые губки своей противной помадой со вкусом переспелой клубники. Потом вспыхнет экран, возникнет стартовая страница. Перед тем как открыть базы данных, Анна Ильинична обязательно проверит почту… В ящике наверняка дюжина новых сообщений от клиентов, контрагентов и коллег, но она сразу заметит письмо, отправленное Танкованом, и просмотрит его первым – в этом он не сомневается. Сердечко похотливой женщины затрепещет от сладкого предчувствия: в послании, конечно, объяснение в любви и мольба о новом свидании! На скачивание ролика уйдет пять-семь минут, в течение которых Лиснянская просто сойдет с ума от желания и неуемных фантазий. А потом…
К Танковану заглянул Серега Кобранов – широколицый, вечно что-то жующий молодой человек с ежиком светлых волос, известный в Сети под ником Pauk81.
– Здорово, старик! – Он помахал перед носом Максима бутербродом с ветчиной. – Давненько тебя не видел. Хочешь свежий прикол?
Тот вздохнул. Шутки Паука, как и его бутерброды, никогда не были ни свежими, ни аппетитными.
– Валяй, только по-быстрому! – Танковану хотелось побыть одному, собраться с мыслями и подготовиться к непростому разговору, который – он был уверен – состоится через пятнадцать-двадцать минут.
– Значит так. – Кобранов лукаво подмигнул. – Звонит программист на радио в программу по заявкам: «Передайте песню Пугачёвой о том, как у неё завис Windows». Ведущий: «Чего-чего?» Программист: «Ну, она же сама поёт: «Кликну, а в ответ тишина. Снова я сижу у окна…» – И Паук заржал так, что чуть не уронил бутерброд.