Подняв голову, она закрывает пузырек крышкой и подходит к Джорджу, стоящему в дверях. Шарлотта не улыбается, но и признаков сожаления о содеянном в ее глазах нет. Прижав пузырек к груди Джорджа, она смотрит ему прямо в глаза и без тени страха заявляет:
— Держи. А теперь я ухожу. Спасибо, что пригласил меня к себе домой.
Она отпускает пузырек и тот падает на пол, так как Джордж не делает ни единого движения, чтобы поймать его. Протиснувшись мимо него, она спокойно идет в гостиную, но прежде, чем успевает дойти до входа в комнату, Джордж хватает ее за руку и разворачивает к себе лицом. Ее глаза слегка распахиваются, но почти сразу же к ней возвращается свойственное ей спокойствие. Я еще ни разу не видел Джорджа настолько злым. Уверен, он никогда не позволит себе ударить женщину, но судя по выражению его лица, я начинаю волноваться, что могу ошибаться на этот счет.
Прижав руки, сжатые в кулаки, к бокам, он наступает на нее.
— Ты прикатила в город, и я дал тебе работу. Ты приперлась ко мне домой и вылила всю мою выпивку и выбросила наркотики. Несмотря на то, насколько я зол, я мог бы забыть об этом, хотя я, скорее всего, уволю тебя завтра же с утра. Но не смей даже вид делать, что ты хоть что-то знаешь о моем брате или о том, через что мне приходится проходить, — после всего, что она сказала и сделала сегодня вечером, я удивлен, что больше всего его разозлило именно то, что она упомянула меня, чтобы повлиять на него.
— И почему же это? — зло кричит в ответ Шарлотта, толкая его в грудь, и в ее глазах сверкает ярость. Черт возьми! Почему она внезапно так разозлилась? Всего пару мгновений назад она была само спокойствие. — Потому что ты единственный, кто потерял кого-то? — она толкает Джорджа еще сильнее, и он морщится. — Потому что ты единственный, кто хочет, чтобы все это закончилось навсегда? — и она толкает его еще раз, на сей раз крепко вцепившись в его руку, и Джордж спотыкается, удивленный ее агрессией. — Наркотики. Выпивка. Ты, черт возьми, прячешься за ними, Джордж, и Айк был бы сражен наповал, если бы мог видеть тебя сейчас!
Она замахивается, чтобы дать ему пощечину, но Джордж мгновенно перехватывает ее руку и прижимает ее к стене.
— Ты не знаешь меня, ты ни черта не знаешь об Айке, пошла ты, Шарлотта! Где ты успела обкуриться до такой степени, что смеешь говорить мне такие вещи?
— Потому что я знаю тебя! — орет она и пытается высвободиться из его хватки. По ее щекам текут слезы. — Я знаю, ты жалеешь, что это не ты умер вместо него. Ты считаешь, что он был лучше, что он всегда знал, как поступить и что сказать, а теперь, когда он ушел, ты чувствуешь, что никто и никогда не будет понимать тебя так, как он!
Замерев на мгновенье, она делает глубокий вдох, опираясь на стену, к которой Джордж прижал ее, и ее губы дрожат.
Выражение лица Джорджа слега смягчается, хотя он по-прежнему крепко удерживает ее; его грудь высоко вздымается при каждом рваном вдохе. У него явно все болит после того, как Роджер с братом отметелили его, и я вижу, что он истощен. С трудом сглотнув, Джордж спрашивает:
— И откуда ты все это знаешь, Шарлотта?
— Потому что... — она качает головой и дергается, стараясь высвободиться из его хватки.
— Не дергайся! — командует он, снова прижимая ее к стене.
— Пошел ты, — всхлипывает она и бьет его коленом в пах. Когда он сгибается от боли, Шарлотта пытается сбежать, но Джордж хватает ее, и они оба, кряхтя, падают на пол. Она царапается и извивается, но, вскарабкавшись на Шарлотту, Джордж садится на нее верхом и крепко прижимает ее руки к бокам.
— Расскажи же мне, откуда ты все это знаешь, — задыхаясь, требует он.
Шарлотта прекращает борьбу, видимо, осознав, насколько он сильнее. Ее грудь высоко вздымается и опадает, пока она пытается восстановить дыхание.
— Скажи мне, — повторяет свое требование Джордж.
— Потому что я вижу себя в тебе, — цедит она сквозь стиснутые зубы, как будто ненавидит его за то, что он заставил ее признаться в этом. — Всякий раз, когда я смотрю в твои печальные карие глаза, я вижу, как на меня смотрит мое собственное отчаяние. Думаешь, раз я не выросла в этом крошечном городке, то не могу знать, что ты чувствуешь? Так ты ошибаешься. Я понимаю тебя, как никто другой. Может быть, даже лучше, чем твой брат.