— Она все еще здесь? — спрашивает мистер Перселл, и в его голосе сквозит надежда.
— Нет, сэр. Мне жаль. Она приехала со мной из Вермонта сюда и рассказала немного о вас, о вас обоих. Раз в году вы ездили в Монтану на машине, верно?
Они оба ахают, в их глазах загорается надежда.
— Она не смогла рассказать, куда он отправился? — задает вопрос Эндрюс.
— Это так не работает. Души привязаны к этому миру и только к тем людям, которым они должны помочь. Кейси было необходимо помочь своей семье. Для нее не было ничего более важного.
Миссис Перселл хлюпает носом. Взяв супруга за руку, она смотрит на него полными слез глазами.
— Нас убивало, что мы не знаем ничего. Теперь очень больно, но мы, по крайней мере, знаем, что она действительно умерла.
Мы разговариваем еще какое-то время, и я рассказываю Перселлам все, что знаю. Когда они уходят, они оба обнимают меня, и детектив Эндрюс провожает их из номера.
— Ты ведь не собираешься уезжать из города в ближайшее время, да? — спрашивает он меня напоследок.
— Отец хочет, чтобы я уехала вместе с ним завтра утром.
— У меня еще могут появиться вопросы, — говорит он, как будто эта информация может заставить меня остаться.
— Он продал мою машину, и я только что лишилась работы в ресторане. Не думаю, что при таком раскладе у меня есть особый выбор.
— У нас есть для тебя свободная комната, Шарлотта, — говорит Генри. — Тебе вовсе не нужно никуда уезжать. Ты можешь спать в старой спальне Айка, — я зажмуриваюсь, и в груди разливается боль. Айк скоро уйдет.
— Я свяжусь с вами завтра с утра, — обещает детектив Эндрюс Генри перед уходом, отметив мое эмоциональное состояние.
— Айк особенный мальчик, правда? — говорит Генри, когда заводит меня обратно в номер и закрывает дверь.
— Да, он особенный, — соглашаюсь я, вытирая лицо рукой. — Один из лучших, кого я встречала за всю свою жизнь.
— И Джордж тоже очень особенный, ага? — он понимающе мне подмигивает. Неужели так очевидно, что я люблю их обоих?
— Айк спас меня, — объясняю я. — Он появился из ниоткуда и изменил мою жизнь. Он все самое хорошее, что есть в этом мире.
Генри улыбается и кивает.
— Это хорошо его описывает.
— А Джордж, в нем столько любви, знаете? Он кажется таким... суровым, но у него такое нежное сердце. Я влюблена в обоих ваших сыновей, Генри, — признаюсь я, и хотя меня страшит, как он отреагирует на мое заявление, приятно признаться в этом хоть кому-то и снять груз с души.
— Значит, когда Айк уйдет, для тебя это будет, как будто он умер, — хмуро говорит Генри с жалостью в глазах.
— Уходя, он заберет с собой половину моего сердца, — плачу я и вытираю лицо.
— Ты останешься? Я имею в виду... после того, как он уйдет?
В мыслях мелькает образ Джорджа, его темные глаза, непринужденная улыбка — он очень красивый, когда показывает настоящего себя. Когда Айк уйдет, если Джордж не простит меня, от меня останется одна только оболочка. Но он так зол на меня, что я могу поделать?
— Я люблю Джорджа, Генри, но...
— Но он ведет себя как последний засранец?
Я вяло улыбаюсь.
— Мы с Айком предполагали, что он может воспринять все не очень хорошо, но я не ожидала, такой... злобы.
Генри хлопает меня по плечу.
— Надеюсь, ты не поставишь на моем сыне крест. Дай ему немного времени прийти в себя. Ему просто очень больно.
— Я постараюсь, — обещаю я, но не думаю, что Джордж когда-либо еще обратит на меня внимание.
Глава 26
Хандра. Хандра. Хандра. Если посмотреть значение слова «хандра» в словаре, то рядом с объяснением можно будет увидеть изображение Джорджа. Погрузившись в раздумья, он ходит, словно в тумане. Его удрученное настроение огорчает меня, но следует признать, он не прибег к наркотикам, а это уже очень хороший знак. Все, что он делает — сидит и бесится.
— Джордж, я знаю, что тебе больно, братишка. Прекрати быть придурком и пойди поговори с ней, — советую я ему, и меня жутко огорчает то, что он не слышит моих слов. Мне грустно видеть его таким. Обычно он совсем не такой.
Когда раздается стук в дверь, он на мгновение замирает, очевидно, споря сам с собой: открыть или проигнорировать. Может быть, он думает, что это Шарлотта.
— Джордж, я знаю, что ты там, — кричит из-за двери Снайпер, и Джордж закатывает глаза. — Открой чертову дверь, придурок.
— Проваливай! — кричит в ответ Джордж, так и не встав с дивана.
Дверная ручка проворачивается, но дверь заперта. Ручка дергается еще несколько раз, задвижка щелкает и Снайпер, распахнув дверь, заходит внутрь, держа в руке кредитную карточку.