Я не хочу играть в эту игру. Я хочу уйти. Мои силы на исходе. Ноги отяжелели, в боку колит. Я не хочу быть здесь. Но я не могу выбраться за пределы этого бесконечного поля.
- Взгляни на небо: октябрь расплескал созвездия.
Слова он выговаривает безжалостно, железным тоном.
- А сыны царства извержены будут во тьму внешнюю[ii]...
Не хочу тьмы. Не хочу его слушать, понимать, видеть, находиться рядом с ним. С ними. Одиночество, которого я так боялась, теперь самая желанная для меня цель.
- Високосный год - счастливый.
Я хочу забыть всё. Будто мы никогда не встречались. Будто я их никогда не знала. Это не они. Ненастоящие. Это не он. Я не люблю его. Я люблю не его!
- Что сказано, должно свершиться.
Он хватает меня за руку с ужасающей силой. Я кричу так оглушительно, что лопаются барабанные перепонки.
Три. Два. Раз.
Я просыпаюсь.
Засыпать над дневником - это чревато кошмарами.
Сегодня я решусь на что-то действительно важное. Всё подталкивает меня к этому - даже мои сны.
- Всё, я ушёл! - крикнул из прихожей Серёжа, намеревавшийся уйти на очередную сходку, называемую модным словом «тренинг».
- Стой! - я буквально вцепилась в него. - Братец, у меня к тебе одна очень важная просьба...
- В чём дело?
- Понимаешь, я хотела пойти с тобой сегодня. На тренинг. Как ты и предлагал, помнишь? - он кивнул. - Но мы уже договорились встретиться со Славой, поэтому я не смогу. Пожалуйста, запиши сегодняшний ваш семинар на диктофон. Только так, чтобы никто не видел, ладно? Хочу послушать, о чём там вообще говорят в естественном, так сказать, виде. А по этой записи уже решу, идти мне с тобой в следующий раз или нет. Договорились? - мой план должен сработать.
- Договорились! - Серёжа улыбнулся. Кажется, он и не заметил, что каждое моё слово - ложь. Оно и к лучшему.
Как только за братом закрылась дверь, я подошла к телефону. Гудки в трубке. Как давно я не набирала его номер. Эта простая комбинация цифр въелась в подкорку мозга.
- Алло, слушаю вас? - вальяжный женский голос.
Тётя Лиза. Столько лет прошло, а она всё в своём репертуаре.
- Тётя Лиза? Здравствуйте! Это Ника.
- Вероника! Боже мой, значит, ты и вправду вернулась! - затараторила она. - Надо же, сто лет тебя не слышала, а не видела ещё дольше! Что же ты по телефону-то, милая? Приходи к нам, мне просто не терпится на тебя посмотреть. Совсем взрослая ведь стала, поди ж ты, книгу собственную издала! Как Слава будет рад тебя видеть! Ты, наверно, слышала - он теперь почти в разводе! - даже в минутном разговоре она не могла обойтись без сводничества.
- Да-да, обязательно приду! - заверила я. - Кстати, Слава сейчас дома? Можете позвать его?
- Ну, конечно! - заторопилась тётя Лиза.
- Да? - от низкого незнакомого голоса моего Славы побежали мурашки по коже.
- Помнишь, когда-то я говорила тебе, что люблю тебя? И просила не верить, если буду утверждать обратное? - с места в карьер пустилась я.
- Да.
- Ты же не поверил мне?
- Нет.
- И ты простил меня?
- Конечно.
- Славно... - я облегченно вздохнула. - Нам нужно увидеться сегодня.
Мы договорились встретиться у «Сансары». Вернее, у того места, где она была раньше. Теперь вместо обители чудес и приветливых оранжевых фонариков меня встретила заколоченная дверь. Странно и непривычно находиться здесь - будто в параллельной вселенной, где всё то, что случилось, не случилось.
Я так и не дочитала свой дневник. Не смогла. Последние страницы - это слишком тяжело. Я не выдержу этого в одиночку. Мне нужен кто-то, на кого я смогу опереться во время прочтения. И этот кто-то, конечно, Слава.
Он сам желал объяснений. И он узнает всё. Проживёт те дни со мной снова. Для него это будет шоком, для меня - нестерпимой болью. Но это нужно сделать, чтобы понять, куда двигаться дальше.
Я непрестанно размышляла о прочитанном. Почему все вокруг твердили, что мои друзья плохие? Может, они просто видели то, чего не желала замечать я? Как много обмана в написанных мной строчках. Я никогда не жила настоящим - мои записи тому подтверждение. Сколько важных мелочей там не отмечено, сколько нелицеприятных фактов опущено.
Надо отдать должное: Ника из прошлого ревностно охраняла то, что любила. Писала о самом важном и волнительном для неё, отметая всё «побочное». Для неё мир Четырёх Пределов был реальнее этого серого города, а Гильдия родней отца и брата. Ну да... Вечный побег, стремление к далёкой земле. Это так по-человечески. Так по-детски наивно. Так банально.
Если смотреть правде в глаза, то я была просто чистым листом, который каждый норовил закрасить своим любимым цветом, даже не спросив меня: не хочу ли я остаться белой?