– Да. Интересно, насколько она изменилась за это время. Сейчас доем, соберусь и поеду, – Ответила девушка, не отвлекаясь от телефона.
Оказывается, за три с половиной года автор её любимого фанфика по вселенной Гарри Поттера выпустила приличное количество глав. Дабы получить ещё больше удовольствия от прочтения, сей шедевр самиздата она решила читать с самого начала. И вот, пошёл уже третий день, как она не расставалась с телефоном, что, почему-то, очень неровало Павла.
– Ты посадишь себе зрение, хватит, Марго. Ну, пожалуйста, если ты меня любишь, хватит заниматься такой дуростью. Это ведь даже не книга! Это просто чья-то фанатская фантазия и не более!
Пресловутая фраза «Если ты меня любишь» в последнее время в речи Паши фигурировала всё чаще и чаще. Риту это жутко бесило. Она изо всех сил, старалась не обращать на это внимания, однако сделала себе пометку, что, если он ещё раз скажет это, она непременно с ним поговорит.
– Мне нравится, этого аргумента вполне достаточно. Я не заставляю тебя читать, так что не вижу повода возмущаться. Помой, пожалуйста, посуду, а мне надо собираться, хочу успеть всё осмотреть при дневном свете.
– Опять твои художественные замашки, – недовольно пробурчал он и понёс тарелки в раковину.
На удивление, сегодня девушка не слышала от него бубнёж о том, что уборка — это женское дело, а мытьё посуды так тем более. Маргарита терпеть не могла мыть посуду. Раньше за неё это работу делала посудомойка, на которую она копила несколько месяцев, ограничивая себя во многих вкусностях и походах с друзьями в кафе и бары. На вопрос, почему они за три с половиной года так и не купили посудомоечную машину Павел отвечал, что она тратит слишком много воды, к тому же Марго прекрасно с этой работой справлялась сама. На все эти фразы Рита уже в прямом смысле устала удивляться и отвечала всегда стандартной фразой из рекламного ролика: «Я – женщина, а не посудомойка». К великому сожалению молодого человека, ответить в стиле: «Я – мужчина, а не банкомат», он не мог, ибо у них с Марго были раздельные бюджеты, при чём, не редко он сам совал нос в её кошелёк.
Маргарита ничего не имела против раздельных бюджетов. Однако философию Павла она понять и принять ну никак не могла. Согласно его мнению, его деньги, это только его деньги и распоряжаться ими мог только он. Однако её деньги в некоторые моменты, почему-то, становились общими. Почему-то на покупку некоторых вещей, она должна была спрашивать согласие молодого человека, ведь они семья, как он утверждал. При всём при этом сам Павел мог покупать что угодно и когда угодно. Как только Рита узнала об этом, тут же пресекла это безобразие. Ошеломлённое лицо молодого человека надо было видеть.
– Я отвезу тебя!
Павел выскочил из дома, когда Рита уже садилась в машину.
– Зачем? У меня есть права, травма никак на это не повлияла. К тому же, прошло уже достаточно много времени. Не волнуйся.
Девушка попыталась отмахнуться, но он сильно схватил её за руку.
– Марго, ты не вписана в страховку, хочешь схлопотать штраф если тебя остановят?
– Погоди, почему это я не вписана в страховку нашей общей машины?
– Потому что это опасно. Мы с тобой много раз об этом разговаривали и пришли к выводу. Что лучше я буду тебя возить – это гораздо безопаснее. К тому же, ты слишком восприимчива к стрессу. Всё, хватит разговаривать, садись.
Уже сидя в машине Риту вдруг охватило странное чувство, это было похоже на дежавю.
В её маленькой квартире почти ничего не изменилось. Одна комната всё так же отводилась под художественную студию. Тут и там были разбросаны краски и разнообразные эскизы, весь этот творческий беспорядок создавал особенный неописуемый уют, который смогут понять только художники. И пусть простые смертные будут видеть в этой комнате только беспорядок и свалку, Рита была уверена, что буквально пару тройку недель назад она знала где расположен каждый эскиз. Однако творческий беспорядок никогда не относился к кисточкам, их девушка всегда хранила в образцовой чистоте и в одном месте. Открыв один из шкафов, она удовлетворенно хмыкнула – с годами ничего не изменилось, всё по-прежнему лежало на своих местах.
Кухня встретила хозяйку родным запахом кофе. Кофемашина так же присутствовала, что не могло не радовать. Однако, как бы она не любила запах этого восхитительного напитка, всё перебивал некий запах застоявшегося воздуха. Девушка поспешила открыть окно. Солнечные лучи, проходя сквозь разноцветные кристаллики, что весели на окне, превращались в солнечных зайчиков и задорно прыгали по кухонному гарнитуру нежно-мятного цвета, сделанному по эскизам самой художницы. Рита называла эти кристаллики музыкой света. Ведь они, подобно музыке ветра, творили искусство, только не мелодию, а изображения. Достаточно было открыть окно и ветер с солнцем делали своё дело. Сама природа рисовала светом на стенах её кухни.