Тут его рука потянулась к радио. Прекрасно! Вместо того, чтобы поговорить и объяснить свое поведение, он не дает шанса начать разговор даже ей. Ну и ладно! Приедут, она отправит его домой. Пусть катится.
Дарина саму себя не узнавала. В ней будто просыпалась та эмоционально наполненная и своенравная девушка, о которой она и забыла думать. Да, черт возьми, она такая! И пусть последние годы она сама себя убивала и глушила, но она такая! Она не может жить в таком подвешенном состоянии, не может терпеть такое отношение к себе.
Она в который раз мысленно посылала его к черту, когда они подъехали к зеленым воротам ее дачи. Дарина потянулась за рюкзаком, Рома в этот же момент повернулся к ней. Их лица были настолько близки, что она могла разглядеть каждый сосуд в его глазах. «Совсем не спал…», - подумала она.
- Спасибо, что подвез. Пока.
Также коротко, как он поздоровался, отрезала она. Эту фразу девушка отрепетировала по дороге раз пять. Сначала думала высказать ему все, но решила, что не имеет права. По сути, он ничего ей не обещал, мог бы не ехать с ней. Лучше бы и не ехал.
Она вышла из машины и направилась к воротам. Все же не удержалась и обернулась, он тоже вышел и облокотился об капот.
Дарина отвернулась, достала ключ от ворот, слегка дрожащими от злости и его пристального взгляда руками повернула замок и открыла ворота.
Он молчал. Не сдвинулся с места.
- Ты можешь ехать. Спасибо, - бросила она через плечо и зашла во двор дачи, закрыв за собой ворота. Она спиной прижалась к дверям и зажмурилась. Да что с ней происходит? Что с ним происходит?? Почему он так изменился? Они вечером в подъезде, вроде, выяснили, что все в порядке. И этот поцелуй... Откуда такая перемена?
- Да… да, мы уже приехали, - услышала она голос Ромы. Не уехал, видимо, отвечал на звонок. – Хорошо, мы пока чай попьем.
Тут она услышала стук. Она отпрянула от ворот и обернулась, Рома уже открыл дверь и вошел.
- Дарина… Никита звонил, они скоро приедут. Женя с ними.
Дарина кивнула. Ее не устраивал такой ответ.
- Ром, что произошло?
Но тут она увидела совершенно другого парня. Такого, каким он был вчера. Он улыбнулся своей мальчишеской улыбкой, рукой отбросил волосы с лица назад и пожал плечами.
- А что не так? Пойдем пить чай? А то я не успел даже позавтракать.
«Спокойно… может, он с утра всегда не в духе, ему нужно время, вот он так и повел себя», - подумала она. Но внутренняя интуиция подсказывала, что все не так просто. Что-то произошло, раз он так изменил свое отношение к ней.
***
Рома пристально следил за Дариной, которая ставила чайник на плиту, а потом заваривала чай. Она то и дело косилась на него, но все еще молчала. Он тоже молчал.
«Посмотрим, сколько она выдержит в такой обстановке», - подумал он и немного позлорадствовал, видя, как неуютно девушка себя чувствует на собственной кухне. Он получал удовольствие, раздражая ее все больше своим молчанием. Около ворот, когда они только приехали, Дарина пыталась выяснить, что же с ним происходит, почему он сменил свое отношение к ней. Значит, она все чувствует и видит, а это значит, что он сильно влияет на нее.
Парень сам не знал, откуда в нем эти садистские черты, но ему очень хотелось ее сильно уколоть, задеть.
Девушка поставил чашку с чаем перед ним.
- А зеленого нет? – с издевательской улыбкой спросил он.
- Нет, я привезла только черный. С сахаром?
- С молоком.
- Молока тоже нет. Сахар дать? – протянула она банку.
- Нет, я пью без сахара. Он вреден для здоровья, - парень поднес к губам чай, поморщился и поставил снова чашку на стол. – Это точно чай или порошок из чайных листьев? Кто-то покрошил листья, помял и подсунул тебе?
- Не нравится – не пей, - отрезала она и отвернулась к окну с чашкой в руках.
Бинго! У него вышло. Она хочет послать его к черту, но почему-то не посылает…
Парень откинулся на спинку стула, скрестил руки на груди и позвал ее. Девушка обернулась:
- Может, пока Никита едет, займемся чем-то интересным?
- Чем же?
- Поиграем. Слово или дело?
Он все также улыбался ей во все зубы, показывая, как ему весело ее доставать. Но не смотря на его хамское отношение, девушка села напротив и приняла вызов. Она смотрела прямо ему в глаза и лишь одними губами произнесла: